Клим внимательно осматривал девушку в оружейной комнате, где обычно принимали его дежурства после работы. В этот раз она была совсем другим типом: спокойная и непринужденная рядом с корчивающимся прапорщиком, как будто знала что-то особенное о Климе. Подводная война ждет за этими калитками — атмосфера напряжения висела в воздухе как пароксизм глубинной секретности и молчаливого профессионализма....
– Ты живой, парень? – по-русски спросил Клим, наклоняясь к Малышу.
– Живой-то я, живой, только сковали сволочи крепко, – также негромко ответил Малыш.
– Двигаться можешь? – снова спросил Клим, делая змеиное движение к щиколотке своей ноги. Секунда – и нож уже был в руке Клима. Еще две секунды, и ноги Малыша свободны.
– Слава унификации! – похвалил Клим производителей наручников, открывая ранее реквизированным ключом наручники на Малыше.
– Эй, белый! Снимай всю одежду – тогда мало бить будем! – раздался с «третьего этажа» чей-то веселый бас.
– А хо-хо тебе не хе-хе? – спросил по-русски Клим, кидая по сторонам быстрые взгляды.
– Джой! Разберись с беленьким! – приказал тот же голос.
На середину камеры вышел «трехстворчатый шкаф» черного цвета. Он повел плечами, покрутил маленькой приплюснутой головой и, не торопясь, направился к Климу.
«Такого только с гранатомета можно успокоить!» – прикинул Клим, делая шаг вперед.
Обитатели камеры, видимо, хорошо знали повадки этого динозавра и мгновенно исчезли, освобождая пространство.
Клим невольно улыбнулся, заметив, как два худосочных негра рыбками скользнули под нары.
– Я этот шкафчик сейчас приголублю! – шепотом пообещал Малыш, отодвигая Клима в сторону.
Намотав на правую руку кандальную цепь, Малыш резко дернул металлический шар.
Шар врезался в левую ногу «человеку-шкафу», мигом сметя его с дороги.
Оглушительный рев заставил задребезжать не только стекла в окнах, но и тяжелую дверь, которая отозвалась низкими обертонами.
Сбитый с ног негр снес все нары с одной стены, с которых посыпались, как кедровые шишки, зрители.
Резко рявкнул, вскакивая на ноги, Малыш. Раскрутив над головой шар, он, не торопясь, пошел вперед.
Десять секунд спецназовцу понадобилось, чтобы размолотить нары на одной стене, и пять секунд, чтобы на второй. Надо отметить, что сбитый с ног «шкаф» снес нары с одной стороны за секунду.
Обитатели камеры плотной толпой носились от одной стены до другой, стараясь не попасть под страшное оружие Малыша.
Загнав все население камеры в левый угол, Малыш еще больше увеличил скорость вращения шара, который теперь уже со свистом вращался под потолком.
– Быстро воды и виски! – крикнул Клим, хлопая по спине Малыша.
Малыш тряхнул головой, приходя в себя, и, легко поймав вращающийся шар левой рукой, остановил его стремительный полет.
Если нападение Малыша произвело на обитателей камеры ошеломляющее впечатление, то остановка смертельного оружия ввела арестантов в состояние ступора.
