Клим внимательно осматривал девушку в оружейной комнате, где обычно принимали его дежурства после работы. В этот раз она была совсем другим типом: спокойная и непринужденная рядом с корчивающимся прапорщиком, как будто знала что-то особенное о Климе. Подводная война ждет за этими калитками — атмосфера напряжения висела в воздухе как пароксизм глубинной секретности и молчаливого профессионализма....
Холмс за это время два раза менял окраску. Немолодой уже мужчина – Холмсу было никак не меньше пятидесяти лет – то бледнел до синевы, то становился почти черным.
Клим уже начал беспокоиться, как бы Холмса не хватил удар, но все обошлось.
Зажав под мышкой ноутбук, Холмс свободной рукой протянул своему хозяину две пластиковые карточки.
– Сейчас поедем ко мне домой, часа два отдохнем и решим, что делать дальше! – сказал Сид.
Тряхнув головой, Сид встал и быстро направился к автомобилю, который стоял у дверей банка.
– Вот две пластиковые карты. Коды на них написаны простым карандашом. Каждая карта на два миллиона долларов. Это вам за мое освобождение.
Машина медленно тронулась и остановилась в метре от Сида.
Водитель выскочил и открыл заднюю дверцу.
– Садитесь быстрее! – приказал Сид, первым забираясь в прохладное нутро «Бентли».
«Дорогая машина – это, конечно, здорово! Не чувствуется ни одной выбоины, бесшумно работает кондиционер – не жизнь, а сказка!» – рассуждал Клим, наблюдая, как за окном мелькают аккуратные виллы, окруженные ухоженными газонами, бассейнами с голубой водой и детскими площадками, на которых валялись разбросанные игрушки.
Справа по полосе, отделенной желтой прерывистой линией, катило семейство на велосипедах.
Впереди медленно крутил педали дедушка с длинной белой бородой.
Два мальчугана, оба лет десяти, быстро вертели педали, крутя головами чуть ли не на сто восемьдесят градусов.
Замыкала цепочку девушка в коротких шортах, открывавших полненькие ножки, на которые Клим с удовольствием посмотрел.
– Обратите внимание на эту семейку! Дедушка впереди владеет двумя десятками банков в Штатах.
– Мне больше понравилась замыкающая девушка. На вид ей лет двадцать! – счел высказать свое мнение Клим, который опять нацепил на себя маску страстного любителя женщин.
Сид с осуждением посмотрел на Клима, сочтя своим долгом пояснить:
– Этой девушке тридцать один год. И она мать троих детей.
