Клим внимательно осматривал девушку в оружейной комнате, где обычно принимали его дежурства после работы. В этот раз она была совсем другим типом: спокойная и непринужденная рядом с корчивающимся прапорщиком, как будто знала что-то особенное о Климе. Подводная война ждет за этими калитками — атмосфера напряжения висела в воздухе как пароксизм глубинной секретности и молчаливого профессионализма....
Выражение лица Антея напомнило Климу знаменитую картину «Не ждали!»
Кто автор картины, Клим не смог вспомнить, тем более что и знаток живописи из него был никакой, однако удивление Антея было неподдельным.
В это время в себя пришел Сид. Он закашлялся, замотал головой и, сморщивщись, сказал:
– Какая гадость! Как вы можете это принимать внутрь?! Такое ощущение, что вы дали мне просроченное масло, настоянное на хинине! – возмущенно сказал Сид, все еще мотая головой.
– Насчет просроченности лекарства не могу ничего сказать.
– Вы можете продолжить увлекательную беседу о пользе лекарственных препаратов во время движения! – напомнил Клим, открывая заднюю дверцу автомобиля.
– Разворачивайтесь – надо ехать назад! – приказал Сид, нимало не интересуясь судьбой собственного водителя.
– На такой узкой дороге этот автомобиль не развернуть! – заметил Антей.
– До ближайшей развилки пять километров! – обреченно вздохнул Сид.
– Не плачь, девочка, сейчас все решим! – обнадежил Клим, выскакивая из автомобиля.
– Что ваш товарищ собирается делать? – брюзгливо спросил Сид, обращаясь к Антею.
Продолжения беседы Клим не услышал, так как захлопнул заднюю дверцу.
Отойдя на пять метров назад, Клим вытянул вниз руки. Чуть согнул пальцы, и нож уже плотно приклеился к ладони. Место расчистки Клим выбрал специально позади автомобиля.
Тому было несколько причин.
На ровной площадке метров десяти в диаметре росли одинаковые колючие кусты метра два высотой.
Сняв рубашку, Клим обмотал ею левую руку и приступил к работе.
Нож – прощальный подарок Дейла – резал кустарник, как растаявшее масло.
Пять минут ударной работы, и площадка шириной пять метров и длиной десять была расчищена. Срезая под самый корень торчащие стволы кустарника, Клим остановился перед метровым отростком, оказавшимся в самом конце «просеки».
Подчинять – это, конечно, громко сказано, но трогать его крокодилы не должны были.
Хотя морские крокодилы и родственники обычным, но при одном взгляде на них у Клима мороз шел по коже.
Обугленный ствол кустарника упал, едва Клим снова дотронулся до него.
