О чём книга «Подземная война»
В теплую весеннюю погоду, капитан обводит взглядом полное беспорядка кабинет — явно не место для порядка. За окном стучат колеса на автобазе Одессы, где работа идет своим чередом, независимо от майской погоды.

В теплую весеннюю погоду, капитан обводит взглядом полное беспорядка кабинет — явно не место для порядка. За окном стучат колеса на автобазе Одессы, где работа идет своим чередом, независимо от майской погоды.
Всыпали нам тогда немцы, от роты треть осталась, все смешалось… Пробили брешь в нашей обороне, всех туда и бросили. Мы прикрывали позиции истребительного батальона штурмовых орудий. Последнее, что помню, – снаряд взорвался рядом с блиндажом. Все полегли, а во мне – ни одного осколка. Зато контузия такая, что мама не горюй. Сознание на нуле, за мертвого приняли, чуть в общую кучу не бросили. Потом передумали, так и быть, в медсанбат отправили… Первые месяцы почти не шевелился, кормили с ложечки, потом память долго восстанавливалась, припадки случались, на людей, говорят, бросался… Спасибо медикам, что в дурдом не отправили, насилу излечился.
– Да ничего интересного, по снабжению, – отмахнулся Лавров.
– Ну, что ж, и это дело важное, без снабжения мы и дня не протянем… Ладно, сосед, спокойной ночи, погутарили, и будет.
Чепурнов удалился в квартиру, Алексей тоже пошел на боковую. Но отворилась балконная дверь справа на втором этаже, вышла та самая Марина.
Она уже сняла жакет, осталась в глухой серой сорочке, на ноги натянула стоптанные тапки.
– Простите, не хотел за вами наблюдать, – извинился Алексей. Хотя кого он хотел обмануть этим заявлением?
– Я понимаю, – смущенно отозвалась барышня.
"Как вышло, что они разговорились? Алексей собирался уснуть пораньше – день предстоял нелегкий. Да и Марине, как выяснилось, в шесть вставать в госпиталь. Поначалу она смущалась, опускала глаза, косилась по сторонам, словно делала что-то предосудительное. Потом разговорилась, стала поглядывать на мужчину с интересом.