Молодой чина высокий и светловолосый с выправкой кадрового военного и фигурой профессионального гимнаста — он всегда вызывает улыбки у девушек-администратор. Марьянов не зазнался, радуясь вниманию женщин, но понимал: излишняя любовь может заставить его сомневаться в себе. В этот день к нему привычно подошли несколько дам, и он кивнул им, вошел в здание и сразу оказался в сердце этой романтичной атмосферы....
— «Коммуникационные стратегии и коммуникационные Стратеги». Ну и названьице, узнаю дорогого друга.
— Вы его знаете? — с фальшивой заинтересованностью в голосе спросила Карина, втайне порадовавшись, что шеф не застукал ее дремлющей над этим великим трудом."
"— Гену? Конечно, знаю. Мы когда-то работали в одной компании, однажды даже хотели вместе свое дело начать. И назвать контору «Коммуникационные стратеги». Гена всегда любил мудреные тексты писать, делать из простого сложное и очень сложное. Да еще чужие идеи воровать.
Марьянов говорил и нравился сам себе. Вот какой он благожелательный, умный и демократичный начальник!
— Как же я попаду в эту гущу, если я целыми днями сижу в приемной? — мрачно спросила Карина.
Чтобы не выйти из образа, Марьянов, нахмурив лоб, спросил:
— А вас действительно заинтересовало то, чем мы тут занимаемся?
— Быть вашей секретаршей, конечно, очень почетно, — пробубнила Карина, — но я хотела вообще-то как-то расти.
— Вообще-то как-то? Да-да, мне Зарецкая говорила, помню.
Карина обожгла его взглядом, в котором было так мало доброты, что ее едва хватило бы на жука. Марьянову почему-то стало неприятно. Вообще-то он привык держать удар, но эта пигалица будила в нем слишком сильные эмоции. Мало того, он им поддавался. «Надо следить за собой, брат», — пожурил он мысленно сам себя. А вслух сказал деловым тоном:
— С завтрашнего дня будете присутствовать на совещаниях, где планируется работа с новыми клиентами.
«Слишком хорошо, чтобы быть правдой, — подумала Карина. — Но, кажется, он говорит серьезно».
