Молодой чина высокий и светловолосый с выправкой кадрового военного и фигурой профессионального гимнаста — он всегда вызывает улыбки у девушек-администратор. Марьянов не зазнался, радуясь вниманию женщин, но понимал: излишняя любовь может заставить его сомневаться в себе. В этот день к нему привычно подошли несколько дам, и он кивнул им, вошел в здание и сразу оказался в сердце этой романтичной атмосферы....
Давай хоть выпьем, что ли!
— Я за рулем, — отрезал Родион, которого до краев затопил гнев. Из-за этого он никак не мог сосредоточиться и принять хоть какое-то решение.
— А я выпью. — Она потянулась было к коньяку, но, внезапно отдернув руку, спросила вздорным тоном: — А где вино? Я заказывала по телефону прекра-а-асное французское вино. Его делали французы из настоя-а-ащего французского винограда.
— Вино в машине.
— А принеси его мне! — потребовала она. — А не то я сама…
Она рванула к лестнице и едва не загремела вниз.
"Марьянов решительно сгреб в сторону остатки былого пиршества и начал молча выкладывать содержимое сумки на стол. Нателла, пришедшая в состояние радостного возбуждения, встречала появление бутылки, коробочек и пакетиков одобрительными возгласами и аплодисментами. Родион, покосившись на нее, с удовлетворением отметил, что процесс стремительного опьянения как будто приостановился. Это должно было существенно облегчить ему жизнь при транспортировке Нателлы.
— Сейчас загружу всю эту снедь в холодильник, а ты пока собирайся. Минут через пятнадцать поедем.
— Куда это? — спросила она, выпятив губу.
— Домой.
— Я не хочу домой, — заявила Нателла. — Я выпить хочу. Я устала возиться с твоей женой и решать ваши семейные проблемы.
— Тебя никто не просит решать мои проблемы, — сухо ответил Родион. — Решай лучше свои, у тебя их не меньше.
— А зачем тебе потом вести машину? — вкрадчиво спросила Нателла. — Зачем нам с тобой вообще сегодня возвращаться в город? Я могу и завтра поехать, мне спешить некуда. Да и тебя дома сегодня никто не ждет. Посидим по-человечески, расслабимся. По душам поговорим!
— По каким таким душам? — рассердился Родион, уронив салфетки на пол. — У нас с тобой души работают в разных диапазонах.
