В этот выпуск ежегодника вошли детективные повести о загадочных преступлениях и их разоблачении, военно-приключенческий рассказ об опасных операциях и документальные очерки. Каждое произведение предлагает читателю увлекательное путешествие в мир интриги, драмы и неожиданных поворотов судьбы.
Похоже, «Поединок. Выпуск 18» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Кристофер вел себя так, как сотни раз видел в кино. Констебль Майлс поплатился жизнью за кинематографические фантазии юнцов.
Тайна таблетки
Крэгу и Бентли предъявили обвинение в совместном совершении убийства полицейского. Процесс продолжался четыре дня, с 9 по 12 декабря 1952 года, под председательством старшего судьи лорда Годдарда. Обвинение представлял Кристмас Хэмфри, тот самый, кто три года назад потребовал осуждения невиновного Тимоти Ивенса.
– Концепция обвинения в том, – выступил Хэмфри, – что Крэг с заранее обдуманным намерением убил полицейского, что он гордился содеянным и сожалел лишь о том, что убил только одного. Бентли подстрекал Крэга начать стрельбу. Находясь уже в руках полиции, он оказывал убийце моральную поддержку. По английскому закону и, что то же самое, по закону здравого смысла, он участник убийства.
Со здравым, смыслом тут не все просто. Убийство безоружного полицейского было, бесспорно, преступлением, за которое следовало отвечать. И все же во время предварительного следствия, а также в ходе процесса, а еще более в формулировке приговоров были моменты, не согласуемые со здравым смыслом. Кое-что прозвучало уже в первых словах обвинителя.
Дерек Бентли, умственно ограниченный человек, якобы подстрекал Крэга, которому сам безропотно подчинялся, к убийству. Полиция и правосудие явно стремились создать прецедент, который производил бы устрашающее впечатление, поскольку заметно возросла молодежная преступность. Для этого нужен был молодой преступник, полностью ответственный за свои действия перед законом. Девятнадцатилетний Бентли годился для этого, шестнадцатилетний Крэг – нет. Кроме того, если имело место подстрекательство к убийству, то нужно было доказать, что Крэг заранее намеревался лишить полицейского жизни. В ином случае события можно было трактовать как несчастное стечение обстоятельств, повлекшее за собой трагическую смерть.
Нелепое фанфаронство Крэга на крыше магазина и слова, сказанные им после падения на землю, как будто опровергали преднамеренное убийство. Во время лечения Крэга в больнице следственной тюрьмы сотрудники Скотланд-Ярда добивались от него нужного признания и преуспели в этом.
– Я целился в голову, – сказал Кристофер, – полицейский свалился как мешок. Во мне было столько ненависти к тем, кто засадил моего брата, что я хотел обязательно убить кого-то из них.
Когда при слушании дела было прочитано признание Крэга, он заявил, что не помнит такого заявления со своей стороны.
