Сборник литературных произведений, объединяющих острые конфликты и драматические столкновения характеров. Авторы исследуют сложные человеческие взаимоотношения, моральные дилеммы и внутренние противоречия персонажей, раскрывая глубину их душ через напряженные ситуации и поединки воли.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Поединок. Выпуск 8»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Сборник литературных произведений, объединяющих острые конфликты и драматические столкновения характеров. Авторы исследуют сложные человеческие взаимоотношения, моральные дилеммы и внутренние противоречия персонажей, раскрывая глубину их душ через напряженные ситуации и поединки воли.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Сборник литературных произведений, объединяющих острые конфликты и драматические столкновения характеров. Авторы исследуют сложные человеческие взаимоотношения, моральные дилеммы и внутренние противоречия персонажей, раскрывая глубину их душ через напряженные ситуации и поединки воли.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Поединок. Выпуск 8» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Сколько будут стоить такие сведения?
— Не густо, — заметил Туан. — Пожалуй, пару тысяч долларов я дал бы. А вы мне должны десять. Значит, с вас еще восемь тысяч.
— Издеваетесь, майор? — ухмыльнулся Стоут.
— Ничуть. Если бы вы назвали мне имя человека, которого я ищу, тогда — другое дело. А так — мне придется все раскручивать самому. Согласитесь, что вьетконговец, которого вы хотите мне продать, — небольшое приобретение. Иначе Рекс уже был бы в ваших руках.
— О! Вам знакома кличка Рекс? Мои комплименты, майор. — Стоут развалился на диване и закурил сигарету. — В общем-то, вы правы: сама по себе информация не очень... Но все зависит, с какой стороны ее рассматривать.
— С какой же стороны рассматриваете ее вы? — поинтересовался Туан.
— У вас ведь вообще нет никакой зацепки. А я даю вам в руки ниточку. Ухватившись за нее и приложив определенные усилия, вы не только сможете обскакать Уоррела. На карту поставлено ваше будущее, майор. Если Уоррел заметет Рекса раньше вас... Вы прекрасно понимаете, чем это вам грозит. Не расценят ли ваше бездействие как проявление симпатий к коммунистам? И не обвинят ли вас в том, что вы покрываете их? Вспомнят старое — тогда вы ведь тоже проявили недопустимую халатность. Не усмотрит ли кто-нибудь в этом определенную закономерность?
Туан выслушал Стоута с полным безразличием на лице и коротко бросил:
— Три тысячи.
Тот отрицательно помотал головой.
— Считайте, майор, что сделка не состоялась. Вы слишком дешево цените собственное благополучие.
— Сколько же вы хотите?
— Десять тысяч.
Улыбка сошла с лица Туана, на щеках задвигались желваки.
— Исключено, господин Стоут. Моя последняя цена — четыре тысячи долларов и, как говорят у вас в Америке, ни цента больше.
— Пф! — Стоут изобразил на лице презрительную мину. — Не хотите — не надо. Я не навязывался вам со своим товаром. Вы пришли за ним сами. К тому же, майор, вы легко возместите потери. Ваша должность — удобное место для торговли героином. В ваших интересах не потерять ее.
— В ваших интересах, господин Стоут, согласиться на мое предложение, — вежливо произнес Туан.
— Что?! — вскричал тот. — В моих интересах? Я что-то не улавливаю скрытого смысла в ваших словах. Вы, кажется, угрожаете мне? Мне, американцу? Белому человеку?
— Не стоит нам портить отношения, — попытался утихомирить Стоута Туан.
Но Стоут уже не слышал его. Он находился в той стадии опьянения, когда людей, склонных к скандалам и дебоширству, невозможно остановить.
— Ха-ха-ха! Он угрожает мне, Фрэнку Стоуту! Да как ты смеешь? Мартышка!
Глаза Туана стали совсем узкими, как щелочки.
— Я предупреждал вас, господин Стоут, — бесцветным голосом произнес он. — Мы могли разойтись по-хорошему. Но я не прощаю оскорблений.
— Что?! Ты... Да я...
