Перед Равилем маячил пейзаж руин — заброшенная деревня и бесконечные степи. Стрелок выглядел одиноко на высоте, но он знал, что его не видит никто. Первая пуля прошла мимо цели, но Равиль понял, что если снова промахнется, то это окончательно. Он продолжал дышать и ожидать момента, когда враги начнут атаковать деревню. Время текло медленнее, но каждый миг был важен для его выживания и уничтожения противников.
Многие знали, что у Ефимова погиб сын от рук террориста.
– Наша взяла! – крикнул Ефимов. – Спасибо за службу!
Возглас подполковника утонул в тишине. Из ангара выносили погибших офицеров, которые приняли весь главный натиск на себя и погибли.
В памяти Ефимова мелькнуло лицо капитана Ушакова, который строго смотрел на него с могильной плиты Ваганьковского кладбища.
* * *Перед уходом из дома Белый сделал Марго укол снотворного. Он хотел, чтобы она спала как можно больше.
К казино «Орион» он доехал на метро, отказавшись от предложения Чижа подбросить его на машине. Белый имел запас времени, но, подходя к стоянке автомобилей, где парковались машины работников игрового заведения, ему было не по себе. Оставленная на стоянке машина находилась под наблюдением, а Белому не хотелось общаться с людьми Глухаря. Они с Чижом оставались его должниками. На стоянке хватало железа, и его не очень-то жалели. Белый надеялся, что пронесет.
Он сел за руль и завел двигатель. Железная дверь черного хода открылась в тот момент, когда он выезжал из огороженного участка. Вышедший на улицу Горбатый перегородил ему дорогу. Белый затормозил.
– Иди-ка сюда, хлопчик. – Белый приоткрыл дверцу и, улыбаясь, сказал: – Я скоро вернусь, папаша. Дело есть срочное.
– Дела есть у Глухаря. Остальные только выполняют его приказы.
Белый вышел из машины и направился следом за сутулым мужиком в длинной безрукавке. Он знал, что видеокамеры фиксируют все, что происходит возле здания, и не хотел обострять положение, пока не закончено главное дело.
При входе его обыскали, но ничего не нашли. Сотовый телефон охрану не интересовал. Горбатый провел Белого через несколько лабиринтов и постучал в дубовую дверь, расположенную на одной из прямоугольных площадок, где переплетались несколько переулков лабиринта. Не дожидаясь ответа, Горбатый толкнул дверь и сказал:
– Заходи.
Белый зашел, и дверь за ним захлопнулась. Длинная узкая комната с кирпичными стенами, медными канделябрами и скудной мебелью. Спиной к двери в дальнем конце комнаты сидел человек и смотрел телевизор. Их разделяло больше пяти метров. Человек крутанулся на кожаном кресле и повернулся лицом к Белому.
Красная физиономия Глухаря выражала полное удовлетворение.
– Феноменально! Я трачу бешеные деньги на сыщиков, рискую собственной шкурой, а возле носа ходит человек с нужными мне сведениями! феноменально! Где твой дружок?
– Спит.
– Это хорошо. Ну а теперь я тебе раскрою одну тайну.
