Перед Равилем маячил пейзаж руин — заброшенная деревня и бесконечные степи. Стрелок выглядел одиноко на высоте, но он знал, что его не видит никто. Первая пуля прошла мимо цели, но Равиль понял, что если снова промахнется, то это окончательно. Он продолжал дышать и ожидать момента, когда враги начнут атаковать деревню. Время текло медленнее, но каждый миг был важен для его выживания и уничтожения противников....
И когда вы пойдете в «Лидо» и «Кассиопею», то проконсультируйтесь со своим заместителем по экономическим вопросам, что почем и кто чего стоит. Думаю, он объяснит вам, как и кто здесь делает деньги. Управлять игорным домом очень просто. Для этого не надо быть экономистом и математиком. Я не считаю деньги. Я их делаю. Если вас это не устраивает, господин Велихов, садитесь на мое место и работайте.
– На такое место всегда найдутся люди, если им сказать о ваших доходах.
– Вы только забываете главную формулу любого бизнесмена: время – деньги.
– Ну что ж, господин Корин. Вы ответили на все мои вопросы. Я не вижу смысла искать нового директора.
– А я вижу смысл в работе на новых условиях. Сколько процентов от прибыли я имею?
– Три процента.
– Пять процентов, и вы не суетесь в мои дела! – Велихов подумал и повернул голову к третьему участнику разговора.
– Что скажешь, Николай?
– Скажу, что Яков Александрович стоит этих денег. Могу добавить, что его оклад должен быть сохранен и за активность необходимо выплачивать премиальные в размере одного процента годовых.
Старик встал.
– Надеюсь, это был первый и последний конфликт между нами, господин Корин. И еще. – Он взглянул на юношу. – Колюня хотел бы взять под свою опеку четвертый этаж. Полагаю, вы не будете возражать.
Такое предложение могло кого угодно выбить из седла. Хлыст не смел возражать, но некоторое время он приходил в себя. Скромный, мягкий и безликий желторотик, которому надо подавать слюнявчик, когда он жует свое клубничное мороженое с вареньем, берет на себя руководство борделем, где каждая баба стоит племенного быка.
Гости ушли тихо, так же, как и пришли, словно ничего не изменилось. Некоторое время Хлыст сидел в задумчивости, затем схватил телефонную трубку и начал названивать по всем телефонам Шевцова. Никто не отвечал, а в секретариате Госдумы ему ответили, что депутат Шевцов болен.
Хлыст не мог поверить, что такую глыбу, как Шевцов, обыграли.
