Если моя беременность Джереми была каким-то признаком, ты знаешь, какой отзывчивой я становлюсь.
Он улыбается, глаза сияют.
– О, я помню.
Я хватаю его за куртку.
– Может, начнем прямо сейчас?
– Опять же, почему это вопрос, жена?
Затем его губы снова на моих.
Эпилог
Адриан
Год спустя
Я медленно закрываю дверь детской, стараясь, чтобы щелчок был как можно тише.
Уложить нашу дочь Аннику спать – это само по себе задание. Она такая, каким был Джереми. И не только после ее рождения, но и во время беременности.
Она часто будила Лию среди ночи своими яростными пинками и отказывалась ложиться спать. Эти ночи были самыми длинными, но мы с Леночкой пережили их, одинаково бодрствуя.
Огла говорит, что Анника будет сущим адом, и я ей верю.
Джереми был на седьмом небе от счастья с тех пор, как узнал, что у него будет младшая сестра, и он первый, кому она улыбнулась. Он сказал, что будет защищать ее, как старший брат. Наш мальчик такой ответственный, даже в юном возрасте, и уже научился правильно держать свою сестру.
Лия укладывает его спать, пока я забочусь об Аннике. Иногда мы меняемся местами, а иногда я обнаруживаю, что они обе спят, или Анника закатывает истерику, в то время как полусонная Лия воркует, чтобы она заснула.
Первые месяцы обычно самые трудные, но мы к этому приближаемся. Даже если мы забыли, что значит хорошо выспаться ночью.
Всю свою жизнь я знал, что у меня должны быть дети и наследники, но никогда не думал, что это будет такой опыт. Тот факт, что я живу с моей Леночкой, является причиной того, что я не только терплю это, но и наслаждаюсь этим.
Потому что это наша семья.
Моя семья, та, которую я буду защищать ценой своей жизни.
Как только я закрываю дверь, Лия хватает меня за руку и ведет в нашу комнату.
Она голая.
Полностью.
Черт. Неважно, сколько раз я вижу ее раздетой, это все равно производит тот же эффект, что и в первый раз в ее квартире.
Она все еще самая красивая роза, которую я когда-либо видел.
Лия толкает меня, пока я не оказываюсь на кровати, расстегивает мои штаны и садится на меня верхом.
Ее руки гладят мой уже твердый член, когда она прикусывает нижнюю губу.
– Ты собираешься использовать меня, Леночка? – поддразниваю я.
– Я скучаю по тебе... – стонет она, медленно направляя меня внутрь своего влажного тепла. – В последнее время я почти не получаю тебя…
Ее голова со стоном откидывается назад, когда она опускается, пока я полностью не погружаюсь в нее.
