Разминулись?
— Нет, бабулечка, мы конкретно к тебе, — пискнула с плеча синичка.
Женщина прихлопнула ладошками и умильно засюсюкала, качая головой из стороны в сторону:
— Ой, Мусенька! О тебе Тамир тоже говорил. Так хотела увидеть, так хотела. Да вы проходите в дом, что же у калитки стоять? А я тетушка Дарания, хотя можно и бабушкой называть. Как удобней.
— Очень приятно, тетушка Дарания, — ответила я, определив для себя форму общения.
Затем спешилась, привязала Мустанга к столбику калитки и вошла во двор. Подруга перелетела с моего плеча на плечо старушки и заявила:
— А я бабулечкой буду называть. Что с птички возьмешь, да? В дом не пойдем. Мы вообще-то к тебе пришли по делу.
— Да как же без угощения, пройдемте, а можно и здесь. Мы вот тут специально стол поставили на воздухе… — радостно улыбаясь, начала было зазывать на чашечку чая старушка, но удивленно примолкла, увидев как на мое плечо спикировал растрепанный воробей с папироской в клюве. С запиской конечно, но поскольку ее свернули трубочкой, ассоциация лично у меня возникла такой — шпаненок с сигареткой. Выхватила очередное послание от шефа, настигшее нас во дворе этого самого шефа, развернула и прочитала:
— Посл. обед. туч. можн. отп."
"— Что это? — округлив глаза, поинтересовалась тетушка Дарания.
— Указание от начальства прилетело. После обеда тучи можно отпустить. Дядюшка Тамир вызывает на работу.
— А как?.. Как написал? Как его послушался этот воробышек? — неверяще тряхнула головой хозяйка дома.
— Вот поэтому мы к тебе и пришли. Хочешь с мужем по птичьей почте общаться? — спросила Муся и, увидев в глазах женщины безмолвное согласие, граничащее с началом обморока, зачирикала: — Все-все, успокойся. Сейчас сделаем. Вот смотри, эти птички будут приставлены лично к тебе. Пошли ручку с бумагой принесем, а Апри выбранных пометит пока. — И строго прикрикнула на подданных: — А вы не шумите и лишние кыш на дерево! Чик-чирик-чирик, сказала!
Стая тут же рассредоточилась по веткам, а супруга агронома, осознав важность происходящего, с драгоценной гостьей на плече метнулась в дом.
Шесть воробьев и пять синичек выстроились в рядок на столе и, забавно чирикая, приготовились к интересной процедуре. Они охотно подставляли ножки, а я, сбегав за сумкой, приступила к кропотливой работе. Она истинно оказалась ювелирной — ножки-то не толще спички! Я старалась обвязывать не туго и не слабо, не оставляя длинных концов и делая подобие красивого микроскопического браслетика. Заодно вплетая крохотное заклинание защиты от ударов и падений. Артефактор я или кто, в конце концов? Получилось симпатично и даже пришлось пригрозить пальчиком парочке аферистов подставляющим и вторую ножку тоже. Для гармонии, наверное.