Автор
Великолепный семнадцатый виконт Кембери, Линкольн Росс Бернетт, с любопытством переключал взор между роскошным экипажем и вереницей живописных холмов Шотландского нагорья. Его интерес к вопросу о материнской любви выглядел необычайно естественно для человека в его положении, но он знал, что другие бы восприняли это как неуместную деликатность....
— Он едва словом со мной перемолвился! — выпалил Джастин. — Поэтому я желаю получить ответы от вас, поскольку точно знаю, что ваша семейка утаивает правду! Из-за вас Мелли безвинно страдает, не понимая, что стряслось!
— Я хотел ей все выложить, — признался Йен. — И без того меня совесть грызет. Не могу смотреть, как девочка мучается!
Такого Джастин не ожидал, и у него снова зачесались кулаки.
— Ублюдок ты, и твои братья тоже!
— Так оно и есть.
— Я имею в виду не обстоятельства твоего рождения, осел ты этакий! — рявкнул Джастин.
— Понятно.
— В таком случае почему? То есть можешь не объяснять, почему вы его ненавидите. Плевать мне на ваши отношения, хоть убейте друг друга! Но почему вы не объяснились с Мелли, чтобы она смогла забыть его и найти себе достойного мужа?!
— Потому что она никогда нас не слушает. У нее на все свое мнение. А вдруг она не пожелает его забыть? Мысль о том, что она может сбежать с ним, перевесила все остальные соображения. Никому не хотелось узнать, что она предпримет, если узнает правду.
— Никому, значит? И поэтому вы не соизволили даже поговорить с ней? Но если тебе все так ясно, почему же совесть все-таки не дает покоя?
— Просто вижу, что она сейчас переживает, хоть и пытается все скрыть от нас. Забыл, парень, что я знаю ее так же хорошо, как и ты! И я единственный из братьев, кто видел Линка еще до того, как он проведал, кто она на самом деле. Не уверен, что мы приняли правильное решение. И даже не дали ему шанса доказать, что он изменился.
— Но, если на то пошло, почему вы так его ненавидите?
— Мы вовсе его не ненавидим, — вздохнул Йен.
— Тогда в чем дело? И если скажешь, что вы вините его в какой-то детской проделке, клянусь, я снова тебе врежу.
— Беда не в том, что он сделал, а в его отношении ко всей этой истории.
— Какой еще истории?
— Давным-давно он и мой брат Дугал были лучшими друзьями. Все началось с того, что Линк отрекся от дружбы, затеяв драку, в которой Дуги заведомо не мог победить.
— Войну? — фыркнул Джастин. — Довольно сильно сказано, не находишь? По-моему, речь шла о детской ссоре!"
"— Да, но ты не знаешь, во что это вылилось. Едва успев залечить синяки, Линк явился снова и вызвал на бой всех сразу. Его опять побили. Отлежавшись, он напал в третий раз.
