Автор
Молодая шотландка попадает в водоворот лондонского высшего общества, где её ждут опасные интриги и неожиданные чувства. Между долгом и сердцем, между ожиданиями света и личным счастьем девушке предстоит сделать выбор, который изменит её судьбу навсегда.
Мы сделали то, чем трудно гордиться, хотя, поверь, намерения у нас были самые лучшие.
— Мы? То есть…
— Только те, кто собрался здесь.
— Поправка! — возопил Йен, награждая Нилла негодующим взглядом. — Я тут ни при чем, Мелли, и если бы знал заранее, тоже отказался бы участвовать! Честное слово, я только что сам услышал об этом. Но думаю, лучше тебе сесть, прежде чем Нилл начнет речь.
Мелисса оторвалась от двери, оцепенев от дурного предчувствия.
— Не желаю это слышать!
— Нам бы тоже не хотелось это говорить, но ничего не поделаешь.
— Нет, — упрямо покачала головой Мелисса. — Нет. Возвращайтесь в гостиницу, а еще лучше — домой. Вам тут нечего делать. Я уже сказала Йену Первому, что только па может решать, как быть дальше.
— Но наш старший брат в его бесконечной мудрости забыл упомянуть об этом, — вмешался Чарлз со своей обычной язвительностью. — Нам стало известно всего лишь, что Линк вопреки нашим предупреждениям встретился с тобой и с этим нужно что-то делать.
— Не находите, что прежде всего это ваша вина? Почему утаили правду? Линкольн недаром посчитал, что кто-то должен мне сказать! И был прав!
— Да, и нам очень жаль, — вставил Джонни.
Его поддержал нестройный хор братьев, но для извинений по этому поводу было слишком поздно: они, очевидно, сотворили нечто ужасное! Или у нее разыгралось воображение? Вполне возможно, они чувствуют себя виноватыми за то, что не предупредили ее?
Мелисса вздохнула и, шагнув в комнату, уселась на диване между Йеном Пятым и Каллумом.
— Итак, признавайтесь, что вы наделали?
В ответ полное молчание и сконфуженные взоры. Она снова оцепенела. Неужели все так страшно, что у них языки не поворачиваются признаться?!
Йен Шестой, сознавая, что находится в полной безопасности, разом покончил с неизвестностью:
— Они силой затащили его на корабль, отплывающий в Китай. Заплатили боцману, чтобы тот не давал ему сходить на берег ни в одном попутном порту. Путешествие продлится года четыре, а может, и дольше.
Мелисса тупо уставилась на Йена. Перевела взгляд поочередно с одного брата на другого. Никто, кроме Йена, не мог встретиться с ней глазами. Йен, очевидно, верил всему, что они ему наговорили. Она — нет.
— Это шутка, верно? Вы просто стараетесь, чтобы я его забыла! Пронюхали, что ему по какой-то причине пришлось покинуть город, и пользуетесь этим. Неужели способны лгать так бесстыдно?!
Бедняги так раскраснелись, что температура в комнате повысилась на несколько градусов.
— Это была моя идея, Мелли.
