– У нас и так полон дом.
Щелкнул замок, дверь распахнули.
– Заходите быстренько. Задержались вы.
– В ночное время на улицах патрули, проверяли.
– В комнату проходите. Батарею доставили?
Федор кивнул Щеголеву. Тот сидор развязал, достал портянки, положил на стол батарею.
Второй погранец, Юркин, из своего сидора достал полотенце, развернул, покрутил в руках толстую пачку денег, уложил рядом с батареей.
– На словах что велели передать?
– Это только директору скажу.
– Я сам передам. Толстый боязлив, контактирует только со мной. И все время о деньгах речь заводит. Жаден, как Гобсек.
В соседней комнате раздался шорох, там кто-то был. Бойцы за автоматы схватились, Федор за кобуру.
– Спокойно, это радист. Выходи. – Из соседней комнаты вышел долговязый парень лет двадцати, в очках. Таких в армию не брали.
Федор решил – пора заканчивать.
– Оба руки в гору поднимите! НКВД! Вы арестованы. – Радист замер. А хозяин кинулся на Федора. В руке блеснул нож. Федор едва успел отбить руку, он готов был к любому исходу и был наготове. Но бороться не пришлось, Юркин саданул хозяина прикладом по голове, тот рухнул. Радист стоял, открыв рот.
– Обыщи его, – показал на радиста Федор. Сам же обыскал лежащего без сознания мужчину. В кармане брюк пистолет оказался, небольшой «Вальтер – РКК», оружие полицейское, не военное, но для скрытного нападения удобное.
Хозяйским ремнем руки сзади стянул на запястьях.
– Ты его не сильно приложил? – спросил Федор.
Ругать погранца нельзя, возможно, он жизнь Федору спас. При радисте оружия не оказалось, его тоже связали, усадили на стул.
– Рация где, голубчик?
Радист запираться не стал.
– Вот и молодец. Не сказал бы, я тебе язык отрезал, – пуганул его лейтенант.
– Где вход на чердак?
– Из сеней лестница идет.
– Сюрпризов там нет?
– Растяжек с гранатой или другого чего.
– Щеголев, ты слышал? Давай стрелой за рацией. – Боец вышел.
– Главный у вас кто? Врать не советую.
– Который на полу лежит.
– Никого. Мое дело радиосвязь держать.
– Судя по тому, что батарея села и вам свежую передали, много ты чего уже успел передать. Стало быть, твой единственный шанс – все чистосердечно рассказать и помочь следствию.
– Согласен при одном условии – сохранить жизнь.
– Это будет зависеть от того, насколько полны и правдивы будут твои показания.
Радист посмотрел на часы, мимолетный взгляд, но Федор заметил.
– Когда сеанс радиосвязи?
Надо поторапливаться. Если сотрудники НКВД будут расторопны, до утра можно подготовить дезинформацию и пустить в эфир. Конечно, при условии сотрудничества радиста со следствием. У каждого радиста свой почерк и его прекрасно знают в немецком радиоцентре. Подменить нашим радистом не получится. Но он может работать под контролем.