«Погранец». Зеленые фуражки — читать онлайн бесплатно полностью

Старшина разрезал простынь на широкие ленты, ими удобнее перетягивать грудную клетку.

– Здравия желаю, в самом прямом смысле.

– Отлеживаюсь, но уже лучше.

– Давай-давай, ты нам здоровым нужен. Как в госпиталь поедешь, заскочи ко мне, кое-что расскажу интересное.

– Сегодня буду. До встречи.

Заинтриговал Осадчий Федора. По телефону не сказал, стало быть – нечто секретное.

Когда грузовик освободился, закинув бойцов на посты, Федор отправился в УНКВД. В кабинете у Осадчего накурено, хоть топор вешай.

– Совещание было, – хозяин кабинета открыл окно проветрить.

– Как ты, наверное, догадался, я по делу о диверсантах на мосту. Вечером заместитель Берии звонил, Кобулов. По фото и татуировкам одного опознали, которого ты с моста сбросил. Наследил он уже в нашем тылу, не первая акция у него. В Пскове склад ГСМ взорвал, под Минском поезд под откос пустил. Месяца два про него слышно не было. Эрнест Гауф, немец. Не слыхал про такого?

– Личность известная в узких кругах. Взрывник, в абвере с тридцать восьмого года.

Тот еще гаденыш. А трех других опознать не удалось. Скорее всего, русские, из пленных.

– Откуда такой вывод?

– Заключение судмедэксперта. Рубцы у них после операций – аппендицита, ранений осколочных. Эксперт сказал – немцы не так шьют. Группа обеспечения, должна была обеспечить подвод Гауфа к мосту.

– Почти получилось, еще бы несколько минут и мост подорвали.

– Чуть-чуть не считается. Ты свою задачу выполнил. Кобулов звонил начальнику твоего управления. Есть мнение представить тебя к награде.

Наградной лист я уже заполнил, отправлю с ближайшей почтой.

НКВД почту в наркомат переправлял специальным курьером, вооруженным офицером. Обычной почтой не отправлялась ни одна бумага.

– Мне-то за что? Все сделал ты с бойцами. Кобулов сказал, что сам Берия в курсе, сразу вспомнил тебя в связи с операцией на хуторе.

С одной стороны, лестно, когда начальство тебя замечает за хорошую службу. С другой – Берия страшный человек. Может отметить, приблизить человека, а потом с легкостью подписать приговор о расстреле или лагере.

НКВД был страшной, жестокой организацией. Только за два года, тридцать седьмой и восьмой, ими было арестовано полтора миллиона человек, из них более семисот тысяч расстреляно. И это только по официальным данным государственных архивов. На Бутовском полигоне, спецобъекте НКВД, одном из многих, только за 14 месяцев 1937–1938 годов было расстреляно 20 760 человек, от 15 до 80 лет, были даже жертвы 13-летнего возраста.