– С телами что делать, товарищ лейтенант?
– Красноармейца похоронить на окраине. Все честь по чести. Могилу вырыть, в избе попроси дерюжку чистую – завернуть. А дезертира пусть местные закопают где-нибудь. Да, забери оружие у обоих, нельзя разбрасываться.
Солдаты саперными лопатками по очереди быстро выкопали могилу. Для бойца земляные работы – дело привычное. Окоп, траншею, землянку, сколько их уже вырыли, а сколько еще предстоит? Похоронили бойца. Кто-то из солдат на свежий холмик кусок доски воткнул, послюнявив химический карандаш, написал фамилию, имя и отчество, дату смерти. Не должно быть безымянных солдат и могил. Федор краткую речь сказал. Заметил, как зло бойцы смотрят на живого дезертира. Самосуд могут на привале устроить. Уж лучше своим, командирским решением покарать, проявить жесткость и решительность. Виновен ведь, это все понимают.
– Стройся в колонну по четыре!
Колонна вышла из деревни. Дезертир плелся последним, но за ним приглядывал по приказу Федора якут Борисов. Отошли километра на два. Место удобное, пологая балка, внизу ручей протекает.
– Колонна, стой! Нале-во!
Повернулись дружно, как один.
– Ефрейтор Борисов, дезертира ко мне!
На Федора сотни глаз смотрят.
– За проявленное малодушие, оставление своей части в боевое время, что называется дезертирством, за соучастие в убийстве красноармейца, боец Агафонов приговаривается к расстрелу. Первое отделение первого взвода, три шага вперед! Заряжай.
Дезертир переводил взгляд с Федора на бойцов, не мог поверить, что здесь и сейчас бесславно закончится его жизнь.
Нестройно грохнул залп.
Никто на труп не смотрел. Лица у всех огорченные. Своего же товарища, с кем еще вчера котелок каши делили, расстреляли.
Шли молча, без разговоров, переживали. Через час хода впереди увидели перекопанную дорогу, на бруствере щиток «максима» виден. Когда приблизились, из окопа поднялся командир, вытянул руку.
– Всем стоять! Командир – ко мне!
Федор направился к командиру. Ближе подошел – ба! Да это же старший лейтенант Андрей Загорулько, замкомандира комендатуры, старый знакомый.
– Федор! Какими судьбами?
Командиры пожали друг другу руки.
– Стоял заградотрядом по распоряжению Гулова из Гомельского НКВД. Вчера капитан Останин приказ передал – следовать к Гомелю. Часть людей – мои погранцы, заставские. Другие окруженцы.
Андрей документы проверять не стал, два года служили вместе.
– Выбрался все же от границы, чертяка. А я уже не чаял встретиться. У меня приказ – задерживать все отступающие части, организовывать оборону. Хочешь – слева от меня окапывайся, хочешь справа.
– Да мне все равно. Противотанковые средства есть?
– Обещали батарею сорокапяток и гранаты подвезти.
– Раз в день обед подвозят на полевой кухне.