Лодка достигла утлого плотика, Макс ловко пришвартовался с помощью грубой травяной верёвки, перешагнул через борт, пожал руки всем присутствующим, напыщенно произнёс:
— Я чрезвычайно горд встречей с такими насквозь отмороженными людьми! Это какими надо быть придурками, чтобы добраться сюда в такую пору!
— Поговори у меня, — огрызнулся Олег. — Сам нас вызывал, а теперь дурака валяешь.
— Ты чего? Никто никого не вызывал. Вы сообщение вчерашнее неправильно прочитали.
— Мы никак его не прочитали. Просто поняли, что кто-то что-то пытался просигналить.
— Понятно… Жаль, зря вы с такой прытью сюда попёрлись, да ещё в такую рань. Мы бы по рассвету сразу продублировали, пока солнце удобно стоит.
— Ладно, проехали. Что хоть за сообщение было?
— Ваксы появились.
— Много?
— Штук сорок. Но не это главное: они зверя какого-то пригнали.
— Что? — не понял Олег.
— Типа мамонта. Гонят его, прибить хотят, а у него совершенно другие желания. Бегают за ним туда-сюда, по одной долинке, тут неподалёку. Нас вроде не видели. Наверное, просто охотничий отряд, запросто могли прийти за сотню верст, преследуя этого зверя. В нём мяса не меньше трёх тонн.
— Нам бы не помешало, — вздохнул Олег.
— Что, совсем сурово?
— Не то слово. Сожрали всё, что можно, теперь едим то, что нельзя. У вас-то как?
— Никак. Всё живое упёрлось за холмы: там, по долинам, в светлых перелесках им полегче. На открытых местах не появляются: днём всё тает, а за ночь снежок лёд прихватывает. Наст такой, что человека местами держит, но у нас ступни широкие, оленям на копытах тяжелее. Сам понимаешь, какая при таких делах охота.
— Совсем пусто?
— За всё время два оленя и одна тощая косуля. Последнюю неделю только зайцев бьём да птиц по плавням гоняем. Да что же мы тут стоим посреди леса: поплыли в лагерь! Там хоть мяса пожрёте от пуза.
— Не зря припёрлись, хоть поедим нормально, — усмехнулся Олег. — И не мешало бы на диковинного зверя взглянуть.
— Переться далеко, да и ваксы могут заметить.
— Ничего. Есть у меня такое соображение, что три тонны мяса нам самим не помешают.
* * *Олег пригнул голову, пытаясь уберечь глаза от солнечного сияния, отражаемого заснеженным склоном долины. Неплохо бы попробовать обойти её по дуге, дабы оказаться с западной стороны, но подобный маневр займёт не меньше трёх часов — передвигаться на лыжах было невозможно, а наст держал плохо, то и дело охотники проваливались. Не стоит терять силы на столь сложные маневры.
Повернувшись к Максу, пристроившемуся по соседству среди вытаявших валунов, маскирующих его голову, Олег тихо поинтересовался:
— И этого зверюшку ты обзывал мамонтом?
— Да.
— Слушай, ты хоть смутно представляешь, как выглядит мамонт? Я бы, мягко говоря, сказал, что он не слишком на него похож.