Другой, низенький и худой держал в руках какую-то сумку с непонятным содержимым.
И обоих я почти сразу узнал. Первым был старший сержант Антон Фрундин, тот самый белобрысый парень, что командовал нами на марш-броске. Вторым же оказался не кто иной, как Бодрых. Последний повиновался и немедленно кинул сумку себе под ноги.
С обратной стороны уже бежали, топоча сапогами, Сеня с Валерой. Приблизившись, оба вскинули автоматы.
— Руки вверх! — Крикнул Дима.
Оба нарушителя, как по учебнику подняли рук.
— Повернуться! На три шага назад! — Закричал я, действуя в точности по пограничным инструкциям.
Оба без проблем повернулись и отошли от сумки. Все шло слишком легко, и у меня это вызывало все больше подозрений.
Валера повесил автомат за спину и достал из подсумка ремни, чтобы связать нарушителей. Не успел он приблизиться к белобрысому Антону, как тот тут же схватил его за одежду и бросил через бедро.
— Сука! — Крикнул Дима, не зная, что делать.
А вот и оно. Сержанты прекрасно понимали, что оружие мы не применим, и решили оторваться по полной, вступив с нами врукопашную.
Я бросился на Антона. Дима — следом. Когда мы с белобрысым сцепились, боковым зрением я увидел, как Бодрых ловко обошел Диму, подставил ему подножку и завалил на землю, встал над ним, как бы торжествуя.
Антон был крупным парнем. Выше меня сантиметра на три, весил он точно килограммов на пять больше. Был шире в плечах. Тем не менее я не собирался ему уступать.
Потоптавшись в клинче несколько секунд, Я хитро ушел в сторону, схватил его за одежду и подставил ногу. Фрундин рухнул через мой сапог, но в последний момент схватился за мой китель, стараясь удержаться на ногах. Вместо этого он повалил меня следом. Оба мы упали в пыль и песок.
В этот самый момент я мельком видел, как Сеня бросился на Бодрых. Он схватил его сзади, обвил руками и сцепил на груди пальцы в крепкий замок. Потом попытался поднять, чтобы бросить на землю.
Учитывая разницу в комплекции, я не сомневался, что у Лопина получится такой фортель.
— Лежать! — Крикнул я, оказавшись верхом на старшем сержанте и уперев приклад ему в лицо, — не двигаться!
В следующий момент бабахнуло. Эхо выстрела пробежало по всему ущелью. Что-то теплое угодило мне в лицо, замазав глаза, шею и одежду на груди. Спустя полсекунды, я понял, что это была кровь. Проморгавшись, я увидел, что Бодрых падает на землю. Шея его, под левым ухом, открылась словно книга. Из раны хлестал красный фонтан.
Ошарашенный произошедшим Сеня Лопин грохнулся на спину. Бодрых тут же оказался на нем. Сеня закричал, стал выбираться из-под сержанта. Кровь толчками выбивалась из шеи Гриши, заливала лицо Семену.
Все вокруг остолбенели, не зная, что им предпринять. Я среагировал первым и почти мгновенно. Счет шел на секунды.