Саид знал, что если бы речь даже и не шла о некоем пограничнике, лишившим Нафтали глаза, командир «Аистов» не упустил бы возможности померяться силой с элитной группой врага. Такова уж была его натура.
— … с Шамабада, — продолжал Саид, — поэтому у тебя есть шанс узнать о нужном тебе солдате поподробнее.
— Вот это уже интересный разговор, — проговорил Нафтали, — продолжай.
— Поднимай людей, Нафтали. У нас не так много времени. Солнце скоро взойдет.
— Ко мне. Ко мне Булат, — приказал я псу.
Буля, обнюхивавший какой-то куст, поднял морду от земли и навострил уши. Глянул на меня с явной просьбой во взгляде, дать ему еще немного времени побегать вокруг нашей стоянки.
Пес пискнул, потрусил в нашу сторону.
После рассвета мы оставили за спиной кишлак Хитар. Шли рысью попеременно с шагом. Двигались как можно дальше от дорог и населенных пунктов, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания.
Расстояние было не слишком большим, потому Наливкин не собирался делать остановок. Тем не менее когда до стоянки душманья оставалось менее трех километров, остановиться все же пришлось.
Достигнув невысокого скалистого гребня, мы притормозили лошадей в его тени. Спешились. Правда, не все.
Капитан «Каскада» отправил братьев Масловых идти дальше, чтобы они разведали, что же твориться впереди. Все потому, что мы услышали выстрелы.
Булат подошел ко мне, сел, заглядывая мне в глаза. Завилял хвостом.
— Выгулялся? — Спросил я у пса, — ну молодец. Далеко не отходи. Скоро двинемся.
Буля заискивающе склонил голову набок.
— Нет. Даже не спорь. Мы тут, понимаешь ли, дружок, на вражеской территории. Знаю, что это новые для тебя, интересные места, — сказал я псу, проверяя подпругу Огонька, — но ты, Буля, выполняешь боевую задачу. Так что, не безобразничай.
— Саш? — Позвал меня кто-то за спиной. Я обернулся.
— Тебя ж Сашей зовут? — Спросил он, стоя передо мной с сигаретой в пальцах.
— Да. Сашей, — улыбнулся я.
— У тебя огоньку не найдется? А то я спички, видать, оставил на заставе.
Буля заинтересованный звуком чужого голоса, любопытно заскулил, уставившись на Малинина.
— Не, извиняй, Вадик. Не курю.
Вадим Малинин покачал головой.
— Сразу видать, спортсмен. Дерешься о-го-го. Хотя у нас, у Звады, «отлично» по рукопашному бою всегда было, а ты его одолел, как новичка.
— Граница и не такому научит, — отшутился я.
Малинин мне на это ничего не ответил. Он только окликнул проходящего мимо Нарыва и подкурил у него.
