С этими словами девушка торопливо вышла из женской комнаты. А я, тем временем, тоже стал торопиться.
Открыв влажный подсумок, я стал шарить в нем рукой. Потом достал сырые от воды наручники. Быстро осмотрелся, ища, к чему бы пристегнуть Хана.
В комнатке на первый взгляд не было совершенно ничего подходящего. А потом меня осенило.
Я опустился, приподнял подстилку, на которую положили Хана.
Деревянный настил. Он был приподнят над полом сантиметров на двенадцать или пятнадцать. А еще покоился на деревянных ножках.
Тогда я схватил руку Хана, защелкнул на ней браслет, потянул так, что тело Призрака несколько неестественно перекрутилось. И тогда прищелкнул второй браслет к ножке. Когда торопливо накрыл Тарика одеялом, в комнату снова вошла Мариам с глиняной чаркой в руках.
— Спасибо, — поднявшись, улыбнулся я.
Я немного попил, и вместе мы вернулись в мужскую. Там я принялся укладываться на свою подстилку. Девушка было хотела мне помочь, но я мягко и вежливо ее отстранил. Улегся сам. Хотел подумать, как мне действовать дальше.
Девушка, казалось, собралась уходить и даже нерешительно встала, но потом вдруг спросила:
— Слушай, Саша, — Мариам подалась ко мне, любопытство заблестело у нее в глазах, — а можно тебя кое-о чем спросить?
— Скажи, а ты разведчик?
Я вопросительно приподнял бровь.
— А почему это ты решила, что я разведчик?
Девушка удивленно округлила свои большие глаза.
— Отец сказал. Сказал, что ты и твой друг — советские разведчики. Оттого вы так и похожи на пуштунов. Ну, кроме тебя. Ты совсем не похож.
— Да. А ему сказал твой командир, — покивала Мариам, — командир, который встретил моего отца у реки. Он и показал вас ему.
— А твой отец рассказывал, как выглядел этот командир?
— Нет, — девушка быстро мотнула головой, — а брат — да. Он сказал — мужчина был большой, бородатый. Похож на медведя.
— Он носил такую же форму, как мой друг? — нахмурился я.
Увидев мою реакцию, Мариам насторожилась. Опасливо приподняла бровки.
— Не бойся, — улыбнулся я, а потом сказал, стараясь не пугать гостеприимную девушку: — А не знаешь, говорил ли мой командир еще что-то?
— Отец сказал, что да, — медленно кивнула Мариам. — Он говорил, чтобы мы приютили вас на время. Что вы ранены в бою с бандитами-душманами. А еще…
Девушка отвела взгляд. На лице Мариам отразились ее душевные сомнения.
— А еще сказал, что скоро за вами придут ваши. Придут, чтобы забрать домой.
Пока Мариам хлопотала во дворе, у большой глиняной печи, я лежал на своем ложе.
