Несколько недель назад два человека отправились вдвоем на правый берег реки Сан, чтобы разобраться с загадочным пограничным секретом. Весна 1945 года превратила зеленые рощи и старые деревья в ковер вымахнувшей изумрудной травы, а умеренные темп течения реки Сан создавали напряженную атмосферу будущего важного взаимодействия....
Мальцев выстрелил в него несколько раз подряд. Но столько злости и ненависти к проклятым азиатам было заложено в нем, что, даже получив три пули в упор, он располосовал руку саперу и продолжал тянуть свой кинжал с эмблемой «эсэс».
Постовой вскинул винтовку и выстрелил в очкастого русского, промахнувшегося в него. Штабист Олег так и не научился владеть оружием. Пуля ударила его в голову. Брызнул и погас ослепительный свет. Писарь из штаба дивизии выполнил свой долг до конца, так и не успев понять, что его земная жизнь кончилась.
Но и опытный постовой пережил Олега лишь на минуту. Красноармеец, набежав, ударил его штыком в живот. Увидел повара, который хоть и был в колпаке и белом халате, но выглядел совсем не смешно. В руках у него была заряженная винтовка с примкнутым штыком.
Он бы опередил красноармейца, но пуля снайпера Грицевича прошила его насквозь и опрокинула рядом с булькающим котлом. Там доваривалась баранина, привезенная с соседнего хутора, а почищенная картошка стояла в кастрюле с водой.
Под навесом горел бензовоз и один из мотоциклов. Два других успели выкатить. Бой уже закончился. Четверо красноармейцев погибли, пятый умирал после смертельного удара ножом. Перевязывать легкораненых не оставалось времени.
Завели тяжелый М-72, наш родной, даже заправленный бензином.
Спешно загружали в коляску ящики с консервами, прессованные брикеты крупы, маленькие буханки хлеба в целлофане. Туда же бросали коробки с патронами, пулеметные ленты, осторожно загрузили ящик гранат.
– Тут еще багажник!
Выкидывали из объемистого багажника всякий хлам, набивали его патронами, индивидуальными пакетами. Обнаружился картонный ящик со стограммовыми брикетами медового масла.
– Для раненых пойдет как мазь и как доппаек, – распоряжался Зиновий Лыков и набивал коробочками в фольге все свободные закутки.
Дорого обошелся этот бой. Пять погибших – половина группы. Остальные ранены или контужены. Подобрали трофейный пулемет МГ-34 с запасным стволом в жестяном футляре, несколько коробок с лентами.
На какие-то минуты потеряли осторожность. Мальцев пытался завести уцелевший «цундапп», но ничего не получалось. Он лихорадочно искал ключи в карманах убитых немцев, которые уже вывернули в поисках трофеев.
Вдруг поднялся лейтенант, герой Нордкапа. В изодранном мундире, со скрюченной рукой.
