Несколько недель назад два человека отправились вдвоем на правый берег реки Сан, чтобы разобраться с загадочным пограничным секретом. Весна 1945 года превратила зеленые рощи и старые деревья в ковер вымахнувшей изумрудной травы, а умеренные темп течения реки Сан создавали напряженную атмосферу будущего важного взаимодействия....
Журавлев прочитал записку начальника отряда и, похвалив Андрея за расторопность, направил его на правый фланг.
Николай Мальцев стрелял поочередно из винтовки и ППД. Очередями прижимал к земле наступавших перебежками немецких солдат, затем брал на мушку тех, кто высовывал головы. Прицелиться как следует не удавалось, слишком плотным был встречный огонь."
"Немецкий лейтенант в такой же каске, как его подчиненные, продвигался впереди. В какой-то момент, когда на секунды установилась тишина, он прокричал команду.
Все услышали, как громко звякнула пуля о металл, пробивая каску. Лейтенант вскрикнул, поднялся, даже сделал шаг-другой и тут же упал. Залегли поднявшиеся было по его команде солдаты и открыли огонь из всех стволов.
Федор Кондратьев с папиросой в зубах чиркал отсыревшие спички, пытаясь прикурить, и при этом матерился в три этажа.
– Хотели с маху нас взять. А хрен им… крепко ты офицерика уделал. У остальных охоту отбил, мать их!
Наконец прикурив, он высунулся и дважды выстрелил из винтовки.
Снайпер Василь Грицевич и сержант Костя Орехов вели огонь по пулеметным расчетам. Михаил Колчин вместе с помощником били по 37-миллиметровый пушке из единственного станкового пулемета ДС-39, оставшегося на заставе.
Немецким артиллеристам было не отказать в смелости, они подкатили свое легкое орудие метров на триста.
Колчин, лучший пулеметчик на заставе, сумел пристреляться по опасно приблизившейся пушке. Ранил двух подносчиков снарядов, а когда огонь ослаб, точной очередью уложил неосторожно высунувшегося командира орудия.
Сержант хотел добить, вывести из строя скорострельную пушку. Пули звенели о щит, откатник, наполненный маслом, рвали резину колес. Звякнув, разлетелся прицел. Михаил не заметил, как сужается вокруг него кольцо минных разрывов.
– Товарищ сержант…
Мина весом девятьсот граммов (мощность двух ручных гранат), звеня, набирала высоту. Затем стремительно понеслась к земле. Помощник успел отпрыгнуть, а Колчин ничего не сумел понять.
Его отшвырнуло, хлестнуло осколками в лицо, грудь, живот.
Пулемет выбило из станка и бросило на землю рядом со смертельно раненным сержантом.
