Автор
Надолго? — Не знаю. Пару лет, может быть, и больше… Никольская гасила разочарование властным кашлем, стискивая зубы, проводила ладонями по серым мокрам-джинсам. Ей нужно было успокоиться, собраться с мыслями — все происходящее сейчас прямо не укладывалось в ее голове.
Какая-то затмевающая разум буря. За последние три года он больше не испытывал этого обреченного чувства, а теперь оно возродилось и не могло сулить ничего хорошего.
Громовской прерогативой всегда была прагматичность. Он строил свою карьеру, любил то, что делает, и не хотел отвлекаться, размениваться на интрижки, способные выбить почву из-под ног. Эта всеми любимая игра в любовь была не для него.
Сунув телефон в карман халата, Степан спустился этажом ниже, заглянул к пациентке, которую уже скоро начнут готовить к операции.
Домой вернулся после десяти, четыре операции, ворох документов и надоедливые мысли никак не давали закончить этот бумажный бум быстрее.
Света ждала его на кухне. Сидела в самом коротком и самом прозрачном халате из всего ее гардероба. Когда Степан зашуршал одеждой в прихожей, девушка соскользнула с высокого стула и, мягко ступая по паркету, пошла на звук.
— Привет, — улыбнулась, словно и не она вовсе билась в истерике и приступах ревности этой ночью.
— Привет, — даже не взглянув на Талашину.
— Ужинать будешь? Я запекла утку.
Громов кивнул, вымыл руки, сел за стол, аккуратно поправил черную салфетку, лежащую под белой плоской тарелкой.
— Как дела на работе? — Света присела напротив, пододвинула Степе соль, перец и корзиночку с хлебом.
— Нормально.
— Устал, да? — хотела коснуться его запястья, но он убрал руку.
— Терпимо.
— Может быть, развеемся на выходных? Сходим куда-нибудь.
— Посмотрим.
Света нервно поджала губы, но не собиралась отступать.
— Кстати, твоя мама звонила, сказала, ты был недоступен.
Громов впервые за вечер поднял взгляд к Светиному лицу и даже проявил какую-то заинтересованность.
— Что хотела?
— Они приглашают нас на ужин, завтра. Тихий, семейный ужин. Мы же как вернулись четыре месяца назад, они уже в Германию укатили, так и не виделись до сих пор.
— Во сколько ужин?
— Часиков в семь…
— Хорошо. Я заеду за тобой после работы.
Света расплылась в улыбке, хотела что-то добавить, но ее прервал телефонный звонок, на который Громов ответил, даже не взглянув на экран. Света тут же представила, как долго он смотрит на дисплей во время ее звонков, а после выключает звук, чтобы льющаяся из динамика мелодия не отвлекала его от очередной шлюхи.
