Автор
Заур резко остановился перед входной дверью, затащив невесту в безопасное укрытие. Отцовский рык заставляет его броситься к выходу, готовый навредить любому, кто нарушит их тайну. Сжимая кулаки от обиды, он мчится к двери, не зная, что ждет его впереди.
Остальной путь проходит в молчании, и, доехав до дома, я веду этого упрямца в нашу комнату, а потом и в душ. Помогаю ему раздеться, несмотря на жгучую обиду, сжигающую мне сердце, и намыться, с содроганием смотря на уже появляющиеся синяки и ссадины.
– Ну почему ты такой? – вырывается из меня, когда, приведя в спальню, я обрабатываю его порезы на лице.
– Уж какой есть. Не устраиваю, ищи другого! – зло бросает он, смотря на меня злым взглядом и отталкивая.
– Прекрати, я не закончила…
– Я не ребенок, чтобы ты со мной возилась! – отмахивается он.
– Сейчас как дам затрещину! – хватаю я его за локоть и усаживаю обратно на кровать. – Если не ребенок, то не веди себя, как он! Когда ты уже повзрослеешь?!
– Что ты о себе возомнила?! – вспыхивает он как спичка, но я вновь предотвращаю его попытку подняться.
– Я тебе сейчас врежу! Вот честное слово, Заур! Попробуй еще раз дернуться! – уже истерю я. – Сиди спокойно, пока я не закончу, и ложись в кровать! – чеканю я, заканчивая с обработкой ссадин.
К счастью, у него хватает ума не спорить со мной. Он молча ложится со своей стороны кровати, и, не выдержав, я накрываю его одеялом, помогая устроиться удобнее.
Потом беру свою сорочку и иду в душ. Долго стою под прохладными струями воды, надеясь, что это поможет мне охладить гнев.
– Прости… – прилетает неожиданно, когда я, закончив мыться, иду в кровать. Я-то думала, что упрямец заснул от обезболивающих, что я ему дала. – Я не хотел тебя расстраивать.
– Конечно, с чего бы мне расстраиваться, – фыркаю я, поворачиваясь в его сторону.
– Я не это имел в виду! – вспыхивает он.
– Опять кричишь?
– Ничего я не кричу! Это ты всё переворачиваешь с ног на голову! – ворчит он, протягивая руку и потянув меня на себя.
– Пусти! – сопротивляюсь я, не желая поддаваться ему.
– Хватит уже ворчать, драчунья… – стонет он, и я тут же замираю.
– Больно?
– Нормально, только иди сюда и пожалей меня…
– Вот еще! За что тебя жалеть? – фырчу я, но всё же пододвигаюсь к нему поближе, стараясь не задеть его ребра, которым явно досталось.
– Не танцуй ты с этим придурком, меня бы не избили, – имеет наглость заявить этот придурок.
– Знаешь что, Юсупов…
– Знаю, хватит уже спорить. Лучше обними меня, и давай уже спать.
Спорить я больше не стала. Обняла свое горе луковое и заснула.
***
– Отлично, Свет, так и сделаем, ты просто чудо, – слышу я довольный голос Заура.
Так и застываю с занесенной для стука рукой.
