Похищенная – это жестокий и тревожный роман о женщине, ставшей жертвой необычных насилий. Героиня чувствует себя под незнакомыми руками, исследующими её тело с жесткостью и безнадежностью. Каждый контакт вызывает новый шок, усиливая её уязвимость. От этого текста ожидает не только художественной ценности, но и глубокого понимания человеческих границ....
Застыл, напряженно вытянувшись в струну, точно хищник, почуявший запах добычи. Его амуэ вспыхнула чуть сильнее. Всего на сотую долю, но этого было достаточно.
Вдохнув полной грудью, он послал ментальный зов за пределы своей тюрьмы.
Все, что его сейчас волновало больше собственной жизни, больше собственной безопасности — арайя.
Она нуждалась в нем, и он должен был ей помочь.
* * *Последние сто галактических лет Его Высочество принц Онезис развлекался путешествиями от планеты к планете. И никто, кроме его личных теркхаев не знал о той страсти, что гнала его по Вселенной и не давала покоя.
Кто смеет указывать единственному наследнику Тарианского трона?
Разве что император.
Но теперь он был мертв.
Постукивая пальцами по столу, Лоранд хмуро смотрел на экто-экран, транслировавший очередную оргию принца.
Судя по всему, Онезис был в ярости.
Принц на экране неистово тряс бессознательное женское тело, испуская при этом бессвязные вопли, перемежавшиеся ругательствами и проклятьями. Его посеревшие теркхаи жались по углам, подпитывая безумие наследника собственным страхом.
Канцлер поморщился и немного уменьшил громкость. Вопли принца резали его чувствительный слух. Но в то же время он был очень доволен.
Кажется, его долговременный план начал, наконец-то, приносить результаты.
Открыв нижний ящик стола, который всегда запирался на сенсорный ключ, Лоранд достал небольшую шкатулку. Это была одна из семейных реликвий, которую он всегда держал при себе.
Внутри шкатулки, на подушечке из черного бархата лежали венчальные браслеты — еще одна семейная реликвия, передававшаяся из рода в род — и кусочек золотистого кружева, такой крошечный, что он мог бы поместиться в ладони.
Лоранд с несвойственной ему нежностью погладил его.
