Каждый раз, когда он так делал, сердце девушки замирало в груди, и сладкая патока разливалась по венам. У них будет малыш! Малышка, если верить Олегу, который был твердо убежден в том, что у них будет дочь. Юлька до сих пор не могла поверить, что все обернулось именно так. Что её недавняя мечта стала реальностью. Пусть и не совсем так, как того хотелось, но все же… Вот он. На соседней подушке. Но это только сейчас. К окончанию ночи Олег все равно сместится на ее территорию, оплетет руками и ногами, как самый большой собственник на планете, не оставив Юльке иного места, кроме своих сильных рук.
Вот бы так было всегда! Юля зажмурилась и легонько провела кончиками пальцев по его коротко подстриженным волосам. Он остриг их совсем недавно, и ей было ужасно жаль… С отросшими волосами Олег казался более… земным, что ли? А вот так, с модной, дорогой стрижкой – он походил скорее на преуспевающего бизнесмена, чем просто на ее парня.
Её мужчина… Он так много ей предлагал! Сулил счастье, манил несбыточным.
И тем самым, сам того не понимая, вбивая ей в сердце ржавые гвозди. Вся ее жизнь теперь была одними большими качелями. Взлет вверх, и неминуемое падение. И снова к звездам… Больше всего на свете Юлька хотела забыть о гордости, и согласиться! Заключить такой себе компромисс с собственным «я». Не вспоминать о причинах, побудивших Олега связать с ней свою жизнь. Обмануться, поверив в его любовь. Но каждый раз, когда она уже готова была прогнуться, что-то внутри удерживало её от этого шага.
Возможно, понимание того, что это будет уже не она. А какая-то совсем другая, незнакомая девушка. И это страшило больше всего. Внутренний мир Юли был слишком подвижен, и единственное, что в нем оставалось статичным – это её представления о собственной личности. Перевернись оно с ног на голову, и что бы от нее осталось?
Именно поэтому Юлька отказалась от росписи. Она должна сохранить себя. Уберечь. Ради малыша. Не дать себе раствориться в мужчине, который из благородства готов был связать с ней свою жизнь.
Быть сильной и самостоятельной. Полагаться только на собственные силы. Не раскисать, и не сдаваться. Дать Олегу свободу, а не навесить ярмо. Она не сможет быть счастлива, зная, что нелюбима. Что это не любовь их соединила, а только лишь необходимость. Тоненький голосок сердца, который Юлька в последнее время в себе безжалостно заглушала, пропищал: «Он сказал, что дети должны родиться от любви».
