Автор
В комнату поседел мужчина с глубоким храпом, заставивший юную соседку проснуться и подозревающей взглядом оценивать ситуацию в своей однокомнатной квартире. Этот необычный звук вызвал сразу догадки: сосед-пьянчунг был на ее территории вместо собственной, что делает повестью глубоких и неожиданных открытий.
Большим, чем она могла бы стерпеть. Это ведь невозможно больно, когда твой любимый человек так болезненно-остро любит другую… Как это вынести, как пережить? Если бы это было возможно, Юлька умерла бы прямо там – в рыбацком магазине. Между стеллажами с блеснами и гардинами из сетей… Закрыла бы глаза, и никогда больше бы не открывала. Чтобы не чувствовать всей этой муки, чтобы не видеть его такого… с ней. В тот миг казалось, что тысячи заточенных крючков, которые они разглядывали до этого, выбрались из-под витрин и впились ей под кожу. А самый большой и страшный гарпун, висящий здесь же, на стене, метким выстрелом пронзил ее сердце. Девушка так наглядно увидела эту картину, так прочувствовала ее, будто бы это и впрямь случилось. Говорят, грезы, присущие дислектикам – признак гениальности. Людям, видящим их, некоторые даже завидовали. Глупцы. Что бы они сказали, если бы почувствовали то, что чувствовала она? Адскую боль, треск ломающихся костей в груди и аромат свежей крови?"
"Юльку накрыло волной панической атаки. Она застыла, опершись ладонями на подоконник, сделала несколько судорожных вдохов. За окном второй день подряд падал снег, и на нем так ярко и отчетливо выделялись багряные капли крови, которыми истекала ее душа. Образы, образы, образы… Это всего лишь они. А больно-то как…
- Я чая выпью, хорошо? – послышалось за спиной. Юлька кивнула, не поворачиваясь. Не могла больше держать лицо. Маска безмятежности, с которой она уже, казалось, срослась, так и норовила сползти, оголяя все ее чувства. А это было не нужно. Ни ему, ни ей. Вот зачем Олегу, вдобавок ко всему, еще и хлопоты с разбитым Юлькиным сердцем? Ему совсем не до этого… Не до нее. Глупая, глупая Юлька. И не в дислексии дело. С чтением у нее за последние месяцы все более-менее наладилось. Она делала значительные успехи, но никто не знал, каких душевных сил это требовало. Может быть, мама догадывалась. И только. Не поэтому глупая. Просто… Бесхитростная и наивная. Продолжающая верить в сказку, сколько бы судьба не тыкала ее носом в обратное.
- Юлька, поешь что-нибудь. Ты не ела ничего целый день… - мертвым, отрешенным голосом заметил Олег. Девушка ненавидела его за это! За то, что он был таким внимательным и заботливым, и заставлял этим влюбляться в него еще сильнее. Даже когда ему самому было плохо, он помнил о ней!
- Я не хочу… - ответила тихо, и не соврала. Сейчас ей бы ничего не полезло в горло.
- Я все же что-нибудь закажу, - упрямился мужчина.
