Автор
В комнату поседел мужчина с глубоким храпом, заставивший юную соседку проснуться и подозревающей взглядом оценивать ситуацию в своей однокомнатной квартире. Этот необычный звук вызвал сразу догадки: сосед-пьянчунг был на ее территории вместо собственной, что делает повестью глубоких и неожиданных открытий.
- Что, думаешь, слишком планку задрала? Не для таких, как я, такие мужчины? - сжалась Юлька. - Так ты определись, или он мне не пара, или я ему…
- Что значит - не для таких, как ты? - требовательно поинтересовался Олег.
- Боже, я совсем не это имела в виду! - одновременно с ним произнесла потрясённая женщина.
- А кажется, именно это… - снова отвела взгляд Юлька. Глаза наполнились горькой влагой, и в который раз за последние сутки слезы перекрыли дыхание.
- Юля… - снова в унисон заговорили мать и любимый мужчина.
- Не надо, ладно… Достаточно. Не могу больше. Потом, хорошо? - пробормотала Юлька, пятясь из коридора. Происходящие с ней события сложились в шаткую, неустойчивую конструкцию из боли, несбыточных надежд и рвущих душу эмоций. Сейчас эта башня опасно раскачивалась из стороны в сторону, угрожая замуровать девушку под своими обломками. Было до жути, до невозможности дышать страшно - быть погребенной заживо.
- Курочка… - Перепуганная Нина Васильевна шагнула к дочери, но тут же запнулась на месте, остановленная её жалобным голосом:
- Не надо… Пожалуйста, уходите. Мне нужно немного побыть одной. Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста…"
"Юлька, пятясь, вошла в гостиную и закрыла за собой дверь. Оставшиеся в коридоре переглянулись.
- Оденьтесь. Нас попросили уйти, - распорядилась Нина Васильевна. Олег женщине перечить не стал, осознавая, что лучшее, что он может сейчас сделать - это уйти. Что-то однозначно подкосило Юльку. Что-то, или кто-то. Он понимал все меньше и, конечно же, очень хотел получить ответы на свои вопросы. Вот только сейчас неуместно было допытываться. Нужно было дать Юле немного пространства. Он не знал, для чего, но то, что ей оно требовалось – чувствовал кожей.
- После вас! – тоном, не терпящим возражений, распорядилась судья, царственно указывая Олегу на дверь.
Мужчина молча прошел к выходу. В дверном проеме возникла небольшая задержка – разминуться с дядей Лешей не было никакой возможности. И тот вынужденно отступил. По ступенькам спускались молча, несмотря на имеющиеся темы для обсуждений.
- Господин Савельев, если в вас осталось хоть что-то человечное, я бы просила, - Нина Васильевна выделила интонацией последнее слово, - вас оставить Юльку в покое. Понятия не имею, как она вляпалась в отношения с вами, но эти самые отношения ей на пользу не пошли. Самоустранитесь. Будьте человеком. Не добавляйте девочке еще больше проблем. У нее их и так выше крыши.
- Что вы имеете в виду? – сдвинул брови мужчина.
