Та что-то спросила его, я не прислушивался к словам, стараясь как можно ближе и незаметней подобраться к револьверу, лежащему поперек бедра и слегка прикрытому полой пыльника.
Бросил взгляд в зеркало заднего вида. Урядники молодцы. Даром что все тихо ― держатся настороже. Тот, что не за рулем, как бы невзначай опер СКС-М на откинутое вперед лобовое стекло. Водитель же руки с руля не убирает и мотор не глушит. Готов в любой момент рвануть с места.
Наконец моя рука ощутила прохладное дерево рукоятки «смита». Большим пальцем откинул клапан открытой кобуры. Хорошо, что он бесшумный, никто не насторожился. Тем более что помповый «таран» вполне миролюбиво лежит прямо на коленях, и я его не трогаю. Скосил глаза направо. Маша ни во что не въехала, на нее надежды нет. Оружие далеко. А сигналы тревоги мы с ней не отработали. Моя вина, бить надо меня, неука.
А Лари явно что-то заподозрила, «давит» на младшего унтера почем зря, да и трое зуавов справа от нас тоже что-то чувствуют. На меня, по крайней мере, не смотрят, все глаза на демонессу. Да и те, что с моей стороны, тоже отвлекаются. А она журчит своим бархатным голосом, расточает улыбки. Затем демонесса поманила младшего унтера затянутой в кожаную тонкую перчатку рукой, а тот чуть пригнулся с седла. Затем Лари сделала легкое движение кистью, как будто отмахнулась от докучливого комара, что-то с тончайшим свистом мелькнуло в воздухе, и лицо старшего разъезда зуавов вдруг окрасилось двумя кровавыми разрезами, руки метнулись вверх, чтобы зажать, сдавить раны. Карабин беспомощно упал с седла на землю.
Продолжения я уже не видел, выхватив из кобуры тяжелый револьвер. Первый выстрел пришелся в грудь лошади самого ближнего ко мне зуава, я даже не поднял оружие от бедра. Та дернулась от тяжелой пули, вспышки и грохота выстрела, отскочила всеми четырьмя копытами назад, натолкнувшись на гнедую, стоявшую за ней, и кавалерист, сидящий на ней, качнулся, вцепился в поводья, чтобы не упасть. Я поймал в прицел третьего, выстрелил ему в середину груди, выбив из седла, «поймал» подскочившее вверх оружие, навел на того, которого толкнули, на второго, снова нажал на спуск. Гулко грохнуло, удар пули в плечо завертел кавалериста вокруг своей оси, сбросил на землю.
Справа от меня тоже часто хлопали выстрелы. Громко и сухо треснул СКС-М из второй машины, спрыгивавший с падающей лошади кавалерист вдруг свалился, запутавшись в стремени, упал в пыль, под наваливающуюся лошадиную тушу. Затем карабин урядника захлопал с частотой маятника.