Поэтому велела кучеру ехать в комиссариат — наверняка Нэллад ещё там.
Так и вышло. Почти все констебли уже разошлись по домам — только Рой сидел над какими-то отчётами. И даже не сразу заметил моё появление.
— Мисс Рейнфрид! — он вскочил с места, когда подчинённый доложил обо мне. Пригладил волосы и тронул покрытый щетиной подбородок, словно пожалел, что не привёл себя в порядок. — Я уже не ждал вас сегодня.
— Я тоже не думала, что приеду. Но предоставился случай.
Я села напротив, наблюдая, как Рой спешно надевает форменный сюртук — будто это могло спасти положение. Однако весь его слегка помятый виду выдавал усталость и замешательство. Похоже, сейчас он размышляет над непростым делом.
— Как вы уже поняли, я хотел поговорить с вами в более неформальной обстановке… — слегка рассеянно проговори он, продолжая шарить взглядом по бумагам на столе.
— Да, но это ваша работа. И я понимаю необходимость всех протоколов.
— Благодарю, — Рой коротко улыбнулся. — Мне просто нужно узнать: заметили ли вы что-то необычное в тот вечер в кабаре? Или, может, обратили внимание на подозрительных личностей?
Я дала себе ещё пару мгновений, чтобы решить, что именно можно рассказать.
— Да, видела. И разговаривала с Сарикой сегодня, — нет смысла скрывать. Всё равно приставленные ко мне констебли доложили бы ему об этом. — Она ищет похищенного ребёнка. И именно его отец может быть причастен к несчастному случаю на сцене.
Комиссар Нэллад ошарашенно уставился на меня, словно я выдала нечто невероятное. Затем он прочистил горло и что-то черкнул на чистом листе, но задумался.
— Я так полагаю, это не для протокола…
— Полагаю, что нет, — я кивнула, поощряя его догадливость.
— Странно, что мисс Эббет сама не рассказала нам об этом.
— Она напугана. И боится, что никогда больше не увидит сына. Сама она не может обратиться в полицию. Поэтому к вам обращаюсь я.
Рой скомкал только что исписанный листок и бросил его в корзину. После чего поднял на меня внимательный взгляд.
— Хорошо. Я попытаюсь что-то разузнать о её ребёнке и о том, кто может являться его отцом.
— Боюсь, её могут шантажировать. Я знаю, что после происшествия она встречалась с неким мужчиной. Но… — я осеклась, стараясь не рассказать лишнего. Пусть полиция разбирается сама. — Я не знаю, о чём они говорили. Однако сегодня мне показалось, что он опасен, потому что Сарика не хочет о нём рассказывать.
Если бы на головы танцовщиц не упала люстра, я не пошла бы к ней в гримёрную и не увидела бы того мужчину. Но обстоятельства сложились именно так. И если человек попал в опасность, оставаться в стороне нельзя.
— Леди Рейнфрид… — комиссар пытливо оглядел моё лицо. — Я очень благодарен вам за честность и смелость. И уверен, что вы очень помогли расследованию.
— Но я не знаю имени.