Неужели атмосферный фильтр над районом, как на сложных планетах? Богачи, блин… Все им неймется, ищут, как бы свои денежки просадить побыстрее!
Вздохнув, я пошел к будке охраны. Времени, если пересчитывать на древние земные часы, около одиннадцати ночи. Поздновато для незваных гостей, но все-таки разговор серьезный, в конце концов, разбужу господина Павлова.
Слабо освещенная будка охраны оказалась пуста. Я постоял, глядя в бронированное стекло, за которым виднелся столик с парой экранов и потертое офисное кресло.
Блин, началось в колхозе утро… Не может такой особняк оставаться без охраны, даже если хозяев дома нет…
Я сразу представил себе два десятка сценариев происходящего. Ни один меня не порадовал. Потрогав рукоять рапиры, я прикинул, что будет лучше: вырезать стекло и забраться в будку или сразу ломиться в ворота…
Внутри будки открылась дверь, и со стороны сада в нее вошел, застегивая ширинку, парень-охранник. Тот самый, что и в прошлый раз, с металлическими бугорками имплантов по всему телу. Увидев меня сквозь стекло, он вздрогнул, некоторые импланты тускло засветились.
– Отдай-отдай-отдай! – донеслось пронзительно и противно с детской площадки.
Не менее гадкий и резкий голосок ответил:
– Я с тобой не дружу! А-а-а!
Загундосили взрослые, явно растаскивая подравшихся отпрысков.
– Нельзя покидать пост, даже если ссать хочешь! – строго сказал я охраннику.
Лицо у того стремительно покраснело.
– Что же мне, в штаны мочиться?
– Если такой нетерпеливый, то в штаны, – кивнул я. – Меня зовут Никита Самойлов…
– Знаю я, кто вы, – пробормотал охранник. – Велено пускать в любое время…
Он ткнул в экран, и ворота, звякнув, стали открываться.
– Вы это… поймите правильно…
– Да не стану я тебя закладывать, – махнул я рукой. – Но если стоишь на посту, то стой. Бутылку пустую держи под рукой, ты ж мужик!
Я вошел в ворота, те стали закрываться. Охранник высунулся из дверей.
Я глянул на особняк. Пожалуй, для этого времени там светилось слишком много окон. Да еще и музыка стала доноситься, едва я пересек линию ворот. Скрипки, флейты и виолончель. Разрушенная дроном часть здания выглядела совершенно восстановленной.
– Выходит, что да, – задумчиво сказал я.
– Там дресс-код, – сочувственно сказал охранник. – Хотя вам, наверное, можно.
Он смотрел на меня с жадным любопытством.
– Завидуешь, что ли? – удивился я.
– Ну да. Вы так вылезали круто… горите и не сгораете!
– Как терминатор, – кивнул я.
– Кто? – Охранник глупо улыбнулся.
Чего я с ним разговариваю? Он ведь даже не землянин, по сути. Родился в Пунди, с младенчества преисполнен идеи Слаживания. Антикварное кино не смотрит.
– Да так, не бери в голову, всего лишь робот-убийца… – вздохнул я.