Автор
Ночной город погружается в тишину, а Эва медленно проезжает мимо заброшенных домов. Вот уже дома один за другим закрываются на ключ, и наконец она видит то самое место - маленький избёнчик, под который никогда не придет солнце. Эва останавливается, пытаясь взять в руки решительность, чтобы войти....
Может, это в ней говорила ханжеская мораль? Но не могла же она за одну ночь избавиться от принципов, которые считала правильными всю жизнь. Хуже того, она сама буквально бросилась в его объятия. Эве стало тошно. Как могла она совершить подобное? И зачем? Неужели настолько утратила самоуважение, что испытала благодарность к Заку Сфаэлосу только за то, что тот счел ее достойной своего внимания? Или после того как она увидела Троя с Абигайль, ей потребовалось доказательство своей способности привлечь мужчину? А может, безотчетно искала способ отомстить за предательство? Если она руководствовалась последним побуждением, то теперь открыла, что месть — палка о двух концах, которая способна обратиться против вас самих и принести жестокие страдания.
"Когда они пришли в офис, хорошенькая стройная девушка, дежурившая в приемной, здороваясь, метнула на Эву любопытный взгляд. Две секретарши, что-то горячо обсуждавшие в коридоре, мгновенно замолчали и едва ответили на приветствие, когда Эва поравнялась с ними.
— Мисс Рентон? — Официант торопливо убирал крышки с тарелок с разнообразными кушаньями, расставленными на столике с подогревом. — Завтрак, с наилучшими пожеланиями от мистера Сфаэлоса.
— Черт, — приглушенно пробормотал Брэд за ее спиной. Затем откашлялся и произнес во всеуслышанье:
— О, здесь вполне хватит на двоих. Вчера засиделись допоздна над отчетом и сегодня проспали — даже не успели перекусить перед работой.
Эва так растерялась, что не догадалась хотя бы взглянуть на Брэда с благодарностью за его старания выгородить ее. Кто же поверит, чтобы Зак потребовал от Брэда оставить жену в роддоме и работать с ним всю ночь?
Она опустилась на свое место за столом и молча смотрела, как официант расставляет тарелки. Эва ничего не ела со вчерашнего утра, хотя могла бы прекрасно поужинать, если бы не старалась так настойчиво… соблазнить Зака Сфаэлоса. Густой румянец залил нежную кожу щек.
— Кто родился у Дженнет — мальчик или девочка? — спросила она Брэда, стараясь вести себя как ни в чем не бывало.
— Разве Зак тебе не сказал? Вчера он минут десять расспрашивал меня по телефону… — Брэд слегка покраснел. — Извини. Девочка. Мы хотим назвать ее Энни.
— Поздравляю. — Эва неловко взяла нож и вилку.
