Автор
Ночной город погружается в тишину, а Эва медленно проезжает мимо заброшенных домов. Вот уже дома один за другим закрываются на ключ, и наконец она видит то самое место - маленький избёнчик, под который никогда не придет солнце. Эва останавливается, пытаясь взять в руки решительность, чтобы войти....
На кухне она тщательно ополоснула стакан, из которого сама пила вечером, и пожалела, что так некстати проявила бережливость, покупая себе продукты. Она могла угостить мужа разве что печеньем, стаканом растворимого кофе и бутербродами с банановой пастой — смехотворная еда для мужчины со здоровым аппетитом.
— Не нужно было ходить к машине, но все равно спасибо. Я это оценил.
Эва обернулась. В дверях стоял Зак, одетый в черный пушистый свитер и элегантные светлые брюки. Выглядел он просто потрясающе.
— Это самое меньшее, чем я могла помочь.
— Твой Хевелинг — настоящая дыра! И он мне послан в наказание за то, что я не послушался своих инстинктов! Ведь я понимал, что делал, — обреченно произнес он, оглядывая громадную неуютную кухню и передергивая плечами.
— Кофе… — Эва поставила стакан на длинный исцарапанный стол. — Боюсь, что бутерброды с банановой пастой — это все, что я могу тебе предложить.
Но Зак не двинулся с места и мрачно уставился на нее.
— Может, прежде объяснишь, какого черта тебе все это было нужно.
Эва смешалась и залилась краской.
— Мне очень жаль, что тебе пришлось столько вытерпеть, добираясь сюда…
Дав выход гневу, Зак заговорил холодно и спокойно:
— Давай по существу.
— Я не думала, что ты приедешь сегодня.
— Я и не собирался, — подтвердил Зак. — Рассудок советовал мне оставить тебя здесь вариться в собственном соку.
— Но ты так не сделал…
— Нет, это злость пригнала меня сюда вместе с непогодой, кроме того, я беспокоился, не случилось ли нечто такое, о чем я не знал, какое-нибудь загадочное событие, которое чудесным образом объяснит твое поведение.
— Вот видишь! Ты начинаешь все снова! — воскликнула Эва. — Ты угрожаешь мне, ты это делаешь постоянно.
— Я тебе не угрожаю, — сердито возразил Зак.
— Ты сам этого не сознаешь, это вошло у тебя в привычку.
— Какая чушь! — решительно прервал ее Зак.
От напряжения у Эвы даже заболели мышцы спины и шеи.
— Нет, это не чушь…
— Боже, — мерцающие глаза хлестнули по ней возмущенным взглядом. — Ты прислала мне телеграмму, что бросаешь меня.
