Одно дело, насмешки над вчерашним рабом, другое, если этот раб вдруг оказался в родстве с правящим родом. Да и после того, как я силой вырвала память одной из дочерей хозяина поместья, взгляды многих резко изменились.
Легко рассуждать, что Ланграны уже не те, что многие рода обладают не меньшей силой, да и вообще, чего бояться какой-то там целительницы? И так приятно убеждать в подобных выводах окружающих и самих себя. Дома, за закрытыми стенами. А каково это, когда за эти слова и мысли приходится отвечать? Когда оказывается, что слухи об уменьшении силы дара в роду Лангран сильно преувеличены? Когда целительница, вдруг вполне себе не боится равноценно ответить на угрозы и оскорбления? И когда лично видишь доказательства того, что Ланграны последних поколений соблюдают условности и правила приличия ровно до тех пор, пока это не противоречит их собственным интересам.
Я задавала вопросы, Леройды по очереди проверяли память допрашиваемых. И особо не церемонились. Если аристократа отпускали, то из комнаты он буквально выползал с носовым кровотечением и жуткой головной болью.
— Вы не имеете права! Вы нарушаете закон! — верещала одна из матрон, ранее с насмешкой и презрением огладывавших моих мужей.
— Своих законов я не нарушаю, а остальное меня мало волнует! — холодно и высокомерно ответила я.
Быть спесивой дрянью я тоже умела. После нескольких допросов были отправлены вестники отрядам из карательных рейдов. Некоторые аристократы считали свои дома неуязвимыми и в своих поместьях имели тайные помещения, на подобии тех, что мы нашли здесь.
В результате, к моменту окончания допросов гостей мы получили весьма неприглядную картину. Хозяева поместья собирали вокруг себя тех, кто был недоволен изменениями последних столетий, тех, кому не по нраву пришлась идея о том, что они не могут вольно распоряжаться жизнью и судьбой тех, кто ниже их по происхождению. Более того, это был своеобразный ""круг по убеждениям"", они даже взносы делали на борьбу с ""самоуправством некромантов"". Теперь понятно, откуда у бандитов-работорговцев и оружие, и амулеты.
Мы были вынуждены прерваться, чтобы вызвать представителей королевского дома оборотней. Белые волки имели своё, особое отношение, к попыткам издевательств или насилия над тем, кто просто принадлежит к другому народу или уступает в происхождении или достатке. Пришедший порталом Эрар ""далеко не первый"", как мы дразнили его в детстве, был в ярости от полученных новостей. Поместья присутствующих тщательно обыскивались, всех членов семей, знавших о рабах, или участвовавших в развлечениях сгоняли под открытым небом. Эрар ждал окончания проверок. Очередь дошла и до последних фигур в этом деле, хозяина поместья и его дочери.