В темном лесу под звездами и полной Луной, где воздух напоминал свежий дубовый спирт — вот где он сидел в изоляции, чувствуя каждый шорох и движение рядом. Его окружала тьма, но огонек его глаз словно яркое копье, пронзивший безмолвие мрака.
Словно каждым жестом напоминая, что он не опасен для своей самочки и не причинит вреда. Селена смеялась и зарывалась пальцами в шерсть, нежно проминая шкуру.
На этот раз, наступала наша последняя ночь в этом доме, но и я и Рей прекрасно понимали, что теперь сами будем рваться сюда. Утро мы уже встречали в замке. Селена настояла на том, чтобы встретиться с родителями до начала приёма. Она считала, что они заслужили особого отношения. И должны увидеть сыновей не как все, на приёме, а как члены семьи, что бы была возможность поговорить.
— И спустить с нас шкуру. — Нервничал Рей.
У самого выхода с портальной площадки нас встречали те самые дроу-полукровки, которых Селена, отправила тренироваться, чтобы стать ее личной охраной и телохранителями. Затянутые в темно-синюю, почти чёрную форму, с наплечником в виде серебряной паутины и нашивкой в виде молнии на груди, они выстроились в две шеренги, приветствуя свою элею, как называлась высокородная госпожа дома дроу.
Мы знали от Хранителя, что оба деда Селены, практически не вылезают с тренировочной площадки, натаскивая парней.
Весть о прибытии Селены быстро облетела поселение, небольшой городок у подножия замковой горы, где располагалась портальная площадка. Жители встречали Селену приветственными криками, кто-то дарил цветы, выкрикивал поздравления и пожелания. Чувствовалось, что Лангранов здесь любили и уважали.
Узкий серпантин, что вёл от подножия к самому замку, я даже и не заметил, волнение становилось всё сильнее.
— Котёнок мой! — моя мама птицей слетела со ступенек замка и уткнулась мне в грудь, обхватила моё лицо ладонями, целовала щеки, нос, лоб.
Гладила и плакала, без конца повторяя ""живой, живой"". Внимания и ласки досталось и Селене, и Рейгару. Впрочем, мама Рея от моей не отставала.
А вот отцы Рея пригласили побратима на утреннюю тренировку. Ведь, что может быть лучше после долгой разлуки, чем всем вместе размяться? Другими словами, сыночек, мы маму нервировать конечно не будем, но огребешь ты знатно. Мои папы родственную инициативу с радостью поддержали.
