Путь Карла через Казанский вокзал до Адлера переполнен яркими московскими красками. В окне — зелень весны, а сердце Карла наполняется тихим разочарованием от того, как быстро жизнь меняет свои лица. Сюда же привозит «Москва – Адлер» чудесную медведицу на небе — она светится среди белого вагонного шума и гула станции, будто та самая легенда о сказочных созданиях из глубин веков....
Да, у Клавы большая грудь, но это казачьи корни по маминой линии давали о себе знать, но как альтернатива – у нее прекрасная талия, не шестьдесят, конечно, но вполне приличная. Бедра широковаты, согласна, ну, хорошо, даже полноваты немного, но ноги вполне себе ничего. Вообще про такую, как Клава, можно сказать «аппетитная» или «с формами», почему сразу толстая? Еще вечером сидя на лавочке под черешней, Клава решила не унижаться, а написать заявление об уходе сама.
– Да, я девушка с формами, спортзал посещаю регулярно, но если для вас объем моей груди и бёдер важнее того объема работы, что я делаю, то заявление будет сегодня же написано.
– Не сомневаюсь, – то, как его подчинённая дерзко разговаривала с ним, привело Карла в чувство окончательно, он снова почувствовал себя сильным и беспринципным Карлом Юрьевичем.
– Да.
– Сколько мест в вашей машине? Со мной еще трое человек.
– Все войдут, – сухо сказала Клава.
В машине ехали молча, Клава в который раз решила попытаться сгладить обстановку, потому как после стычки возле вагона она получила еще порцию недовольства от начальства за неработающий кондиционер в машине.
– Я думала, это вас убили, – сказала Клава.
– Я услышал в вашем голосе разочарование или мне послышалось? – возмутился Карл, еще раз взглянув на странную подчинённую.
– Простите, не сдержалась, – совсем не извиняющимся тоном сказала Клава."
"– Я так понял, вы точно решили уходить, даже шанса себе не оставляете, – Карл полностью пришел в себя и уже был грозным начальником, а не испуганным мальчишкой.
– Скорее всего, – спокойно согласилась Клава. – Не могу лишить себя фисташкового мороженого.
– Вам сколько лет, сорок, по-моему, пора менять приоритеты.
– Мне тридцать три, но у женщин возраст не спрашивают, – первый раз в жизни Клава так разговаривала с начальством и сама не понимала, почему.
– Вы сейчас для меня не женщина, а сотрудник фирмы «Спортиксон», бесполое существо, которое из-за своего веса выглядит на сорок. Плюс ко всему вы не только толстая, но еще и неопрятная. Директор филиала «Спортиксон» просто не может так выглядеть.
