Путь Карла через Казанский вокзал до Адлера переполнен яркими московскими красками. В окне — зелень весны, а сердце Карла наполняется тихим разочарованием от того, как быстро жизнь меняет свои лица. Сюда же привозит «Москва – Адлер» чудесную медведицу на небе — она светится среди белого вагонного шума и гула станции, будто та самая легенда о сказочных созданиях из глубин веков....
– Я над вами пошутила, снимите меня скорее, а то не ветка не выдержит, а нога оторвется.
– Нашли время шутить, – возмутился Карл. – Я в экстренных ситуациях впадаю в ступор.
И, повернувшись к товарищам, добавил:
– Ребята, надо что-то делать.
Но делать ничего не пришлось, потому что спокойный и даже немного грустный голос сказал:
– Вы держите ее, чтоб не убилась, я пойду отвязывать противовес, – и маленький щупленький человек с грустными глазами и прической Шурика из «Кавказской пленницы» прошел мимо них в кусты.
Борис быстро организовал мужчин, и через минуту они уже подхватили Клаву, летевшую обратно на землю, та же ее встретила радостно, как когда-то Гагарина, и заключила прямиком в объятия троих мужчин.
– Давайте знакомиться, я Борис, – после того как они поймали ее, Боря, улыбаясь во все тридцать два, приобнял Клаву за талию, двусмысленно разглядывая ее бедра.
– Клавдия, – представилась Клава, отвязывая от ноги веревку.
– Вы знаете, мы вот с вами два дня катаемся, а я вас рассмотрел, лишь когда вы парили в воздухе, прям Мадонна, – на этих словах он еще шире улыбнулся.
– Вы знаете, Боря, а я таких, как вы, нет, – отряхивая свое платье, сказала Клава.
– Это почему? – ничуть не расстроившись, сказал Борис.
– Тупите много, девушка висела, а как снять, сообразить не могли. Видать, не только мое начальство впадает в ступор в экстренных ситуациях, – на этих словах Клава выразительно посмотрела на растерянного Карла.
– Не, я, в отличие от Карла, просто наслаждался, – заржал Боря.
– Чем? А если бы я башкой о землю грохнулась, моими мозгами на земле бы наслаждался?
– Успокойтесь, Клавдия, – сказал Карл, помогая ей подняться, – у нас всё было под контролем.
Динка с Мариной откровенно хохотали в уголке, от этого Клава решила не показывать ни своих слез от пораненной ноги, ни обиды за унижения с юбкой, которая предательски оголила самое сокровенное. Тем более невысокий грустный парень, похожий на Шурика из «Кавказской пленницы», вернулся и без интереса слушал их разговор, усевшись на маленькое бревно.
– Здравствуйте, – поздоровалась Клава, чтоб наконец отвлечь внимание от свей персоны и конкретно от своей филейной части.
– Здрасти, – равнодушно ответил парень. – Ко мне барсук ходит, – как-то печально начал парень, – ходит и смотрит в окно, надоел. Вот я ловушку и поставил, подумал, познакомлюсь с ним поближе, узнаю, что ему надо.
