— Этого не может быть! Мне сообщили, задержка до четырнадцати часов. — Вызвала секретаря. — Немедленно уточните вылет рейса господина Космача!
Ей хотелось произвести впечатление. Поджидая результат, она спросила между прочим:
— Вы успели вздремнуть, Юрий Николаевич?
— Кстати, слышали сообщение? Академик Барвин скончался сегодня утром.
Она помялась, ее благородно-бледные впалые щечки чуть порозовели.
— Весь московский бомонд в полном недоумении. Гадают: почему неприступный Барвин в последние часы жизни разыскал и пригласил к себе никому не известного кандидата наук? И провел с ним — даже подсчитали! — два часа семь минут. Поразительная щедрость!.. Не удовлетворите мое праздное любопытство? Почему?..
— У академика были причины, — уклонился Космач.
Настаивать она не стала, и теперь следовало ждать второго вопроса, наверняка интересующего бомонд: каким образом Космачу удалось заставить Барвина собственными руками ликвидировать ЦИДИК?
Спросить не успела — вошел секретарь и доложил, что аэропорт по-прежнему закрыт до четырнадцати из-за сильного обледенения и вся спецтехника сейчас работает на полосе. Светлана Алексеевна попросила принести кофе и приступила к делу.
— Вы так сильно разочаровали Василия Васильевича, — проговорила с грустной улыбкой. — Старик снова закурил и сегодня остался дома. Мы вызвали ему врача… У вас произошел конфликт?
— Прежде чем отвечать, хотелось бы услышать хоть какое-нибудь объяснение, что все это значит. Или вопросы здесь задаете только вы?
— Ну что вы, Юрий Николаевич! Я полагала, Даниленко все объяснил. Если что-то непонятно, пожалуйста, спрашивайте.
Она слишком хотела быть открытой.
— Вопрос один. По какому праву вы воспользовались моим именем, сфальсифицировали письмо и заслали своего человека в скит?
Секретарь принес кофе в нужный момент — ей требовалась пауза. Вероятно, у Светланы Алексеевны было несколько вариантов ответов, и сейчас она выбирала тот, что годился для создавшейся ситуации.
— Человек, который проводил этот эксперимент, у нас уже не работает.
— А засланный казачок в скиту?
— Мы установили с ним связь и отозвали, — доложила она. — Сейчас он… в реабилитационном центре. Его долго держали в срубе, боязнь замкнутого пространства… Я приношу свои извинения. Попытка была неудачной, авантюрной, но когда разрабатывали план действий… Не могла глубоко вникнуть в суть проблемы. — Она посмотрела виновато. — Не казните, Юрий Николаевич. У нас нет практического опыта работы в среде старообрядцев. Василий Васильевич силен в теории, Сергей Иванович Ровда, ваш бывший декан, незаменим как генератор идей, но воплощать их… придется вам.
— Я объяснил Даниленко, почему это невозможно, — начал было Космач, однако она вскинула руки.