Не верю посредникам… Лгут. И нам, и… кому служат.
— Ну зачем же вы так? Есть истинные служители, монашествующие. Батюшка… он монах. Ей-богу, как святой…
— Вы поговорите с ним и сразу увидите! Я все-таки позову! — Она с оглядкой пошла к двери. — Он примет вашу исповедь!
— Не делайте этого… Ничего не делайте против моей воли!
Долгая служба давала себя знать: Лидия Игнатьевна обреченно вернулась назад.
— Ну как еще вам помочь?..
Академик расслабленно вытянулся и почувствовал, что опять начинается дрожание пальцев…
— Вы — святая… Вот истинное служение… Да только ни вы, ни священник не поднимете моего греха… Ни соколу, ни кречету… суда Божьего не миновати… Позовите этого, Палеологова. Он спас меня. Он напомнил… есть на свете человек, которому можно исповедаться. Враг мои, который поверит!.. Других не встречал… Потребность исповеди… Позовите же Мартемьяна!
— Кого позвать? Я не знаю такого! — В голосе было отчаяние.
— Человека, который был здесь…
— Палеологов? Ради бога, не надо! — Лидия Игнатьевна вскочила, поднесла воду. — Успокойтесь, пожалуйста! Он плохой человек!
Мастер двинул рукой — опрокинул стакан.
— Плохой… Но правду сказал… Не умру, пока грех с души… Я его пошлю!
— Кого пошлете? Куда?..
— Палеологов найдет и приведет ко мне Мартемьяна… Он найдет… Только не помню фамилии.
— Диссертация 2219… Вы же называли его имя… В приложениях были фотокопии… Да, помню, снимки камней. Камни-храмы… Фамилия редкая, и так похож на Мартемьяна…
После первой, разведочной экспедиции в одиночку он имел весьма смутное представление о том, что нашел в глухой красноярской тайге, какой исторический пласт копнул; пока была лишь интуиция, которой на первый раз хватило, чтобы вернуться назад с вдохновением даже при нулевом результате.
Космач в то время уже был кандидатом, но работал младшим научным сотрудником на историческом факультете, ждал преподавательского места, зимой вел лабораторные на первом курсе, иногда подменял заболевших коллег, а на самом деле собирал фактический материал для докторской своего шефа — завкафедрой Василия Васильевича Даниленко, и о своей тогда и мечтать не мог. Это Космача вполне устраивало, ибо с мая по октябрь он отправлялся в экспедиции по заданию начальника, за государственный счет, но получалось — работал в свое удовольствие, ибо ему нравились путешествия, скитания по лесам, а будучи крестьянских кровей, он довольно легко вписался в старообрядческую среду и скоро почувствовал, что начинается некая отдача.
