Наследница рода Вавилы становится разменной картой в играх за власть. Она оказывается в центре политических интриг, стремящихся захватить престол Рюриковичей. Загадочные события на Соляной Тропе порождают напряженный конфликт между амбициями и судьбой.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Покаяние пророков»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Наследница рода Вавилы становится разменной картой в играх за власть. Она оказывается в центре политических интриг, стремящихся захватить престол Рюриковичей. Загадочные события на Соляной Тропе порождают напряженный конфликт между амбициями и судьбой.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Сергей Трофимович Алексеев Легкое чтение Детективы Любовные романы подборки серии
Наследница рода Вавилы становится разменной картой в играх за власть. Она оказывается в центре политических интриг, стремящихся захватить престол Рюриковичей. Загадочные события на Соляной Тропе порождают напряженный конфликт между амбициями и судьбой.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Он старался рассмотреть, кто стоит на крыльце под тенью козырька. — Потом слышу — собаки рвут… Я уж подумал, провода снимают!.. А голос вроде один и женский!
— Служба работает, Кондрат Иванович. Вот и гости, не зря звонили.
— Я тебя предупреждал… Ладно, встречай гостью, если что — прикрою, не волнуйся.
Космач взбежал на крыльцо, стал перед странницей.
— Да как же ты здесь? Откуда?..
Крупная, напоминающая волка лайка ощерилась.
— А ты бы не травил собаками да сначала в хоромину пустил и обогрел. Тогда и спрашивал.
За спиной у нее оказалась объемистая парусиновая котомка.
— Прости, — повинился и повел в дом. — Комендант меня смутил… Любопытный.
Держал под руку, чтоб не запнулась в темных сенях о дрова, едва нашел скобку на двери.
В избе она перекрестилась в ближний угол заскорузлым, ледяным двоеперстием.
— Мир дому… Слава тебе, матушка Пресвятая Богородица, вот и добралась…
— Как же нашла меня, Вавила?..
Она с трудом стащила с плеч котомку, но из рук ее не выпустила, длиннополую дубленку лишь расстегнула: помогать одеваться или раздеваться даже самому уставшему путнику у странников было не принято — дурная примета. Чужая помощь только покойникам нужна, а пока жив человек, сам и снимет одежды, и обрядится…
— Клестя-малой у тебя бывал, так сказывал, в какой стороне искать.
— Но как ты добралась?
— На автобусе приехала. От дороги пришла…
— В такую погоду? Без лыж?
— Лыжи да все лишнее в Северном оставила, у Савелия Мефодьевича. А он мне дубленку дал, а то, говорит, одеженка у тебя срамная, чтоб на люди… Он захворал, лежнем лежит, так на автобус не проводил. Сама пошла да села — быстро приехала. А здесь, от тракта, версты две токмо, так прибрела…
— Ах ты, боярышня моя… Откуда же идешь?
— Из своей стороны иду, Ярий Николаевич, из Полурад… Серка за мной увязался. Сколь ни гнала, сколь на привязь не сажала и у людей оставляла, все одно сорвется и нагонит. Однова неделю моим следом бежал…
В избе только разглядел: лицо вьюгой беленое, глаза со слезинками и губы обветрели, потрескались. Дубленка мужская, черничником крашенная, шапка соболья, высокая, искристая, белым полушалком повязана, на ногах катанки вышитые — наряд позапрошлого века…
— Разоболокайся, Вавила Иринеевна! Чайник поставлю…
— Обожду… Согреюсь маленько. — Втянула голову в плечи. — Долго стояла у твоей деревни, темноты ждала, так заколела… Ты, Ярий Николаевич, Серого не прогоняй, пусть в сенях полежит. Грешно собаку в хоромину пускать, да жалко. Престал он, обессилел, ну как ваши собаки порвут? Отлежится, потом и выставим…
— Да пусть лежит. Коль такую дорогу с тобой прошел!..
Космач проводил ее поближе к русской печи, усадил в кресло, сам же на кухню, чайник ставить.
