Я знаю, что в доме установлена система безопасности для этой цели, но, возможно, то, что Баз приедет ко мне, отпугнет их, если они следят. Я могу выглядеть легкой мишенью, если буду оставаться с Авой, двадцати четырех на семь.
После того, как Баз соглашается, я предлагаю приготовить ужин для всех нас сегодня, даже с моей пораненной рукой. С тех пор я узнала, что несмотря на то, что Ава разборчива в еде, она любит спагетти, поэтому решаю приготовить их для нее сегодня.
В течение дня я пытаюсь придумать лучший способ рассказать о том, что произошло прошлой ночью Базу, но не пугая Аву. Скорее всего, мне придется подождать, пока она не заснет, прежде чем я ему что-нибудь скажу. Я не лгала раньше, говоря, что он это все, о чем она говорила с тех пор, как у них был последний урок плавания. Она обожает База, и из того, что я видела в его пентхаусе, думаю, что он тоже ее обожает.
Когда незадолго до четырех раздается звонок в дверь, у меня по спине пробегает дрожь страха. Я открываю приложение и вздыхаю с облегчением, когда вижу, кто это. Прижимаю кончики пальцев к глазам и стираю беспокойство. Мои руки дрожат, а сердце, хотя и знает, что угрозы нет, все еще колотится в груди.
Я открываю входную дверь, и, должно быть, я действительно выгляжу дерьмово, потому что Баз хмурится, когда входит. Он закрывает и запирает дверь за меня. Замолкает, глядя на меня сверху вниз, изучая выражение моего лица.
— С тобой все в порядке? Ты выглядишь бледной.
— Да, — заверяю я с улыбкой, заправляя выбившиеся пряди волос за уши. — Думаю, я просто устала. Я плохо спала последние две ночи. Наконец-то это начинает меня настигать.
— Себастьян! — кричит Ава, выбегая из-за угла и прямо в его объятия.
Она продолжает рассказывать ему о своем дне в школе, о новых друзьях, которых она завела с самого начала, и обо всем остальном, что он стоит рядом и слушает. Я улыбаюсь про себя и возвращаюсь на кухню, чтобы закончить ужин.
Я держу еду и чесночный хлеб на грелках, чтобы он оставался теплым, когда мы направляемся на задний двор. Одетая в купальник, я оставляю накидку на своем теле, не готовая ощущать себя такой обнаженной перед Базом. Конечно, он видел меня голой и не выразил никакого отвращения по поводу шрамов на теле, но это не значит, что я готова выставить себя на всеобщее обозрение в таком виде.
Уложив Аву, Баз задерживается, ожидая меня. Как только я возвращаюсь в гостиную, ломая руки, он хмурится.
— Расскажи мне, что происходит. Ты весь день была где-то в другом месте.
