Автор
В холодной ночу над крышами города вертелся лишь гневный северный ветер, манипулируя воздухом, словно коварным дьяволом. Здесь, на краю света, молодой парень чувствовал каждое его трепещущее прикосновение, словно проклятье, не утихая ни в минуту.
Матвей с трудом осматривается и понимает, что находится в полутемном сводчатом помещении без окон и с неясными изображениями на потолке и стенах, похожими на росписи в храмах. Рядом с ним еще несколько железных стульев, но пустых. Пахнет гнилыми цветами – повсюду горшки с засушенными мертвыми розами.
Последнее, что Матвей помнит: Ангелина, сидящая на заднем сиденье машины, которая хочет его поцеловать. Помнит глухую ярость, сжавшую его в своих тисках, помнит удивление, страх, снова ярость, из-за которой он перестал себя контролировать.
От нее не пахнет ванильным мороженым. Ее запах – пионы и какао, а еще – масляные краски. У нее другая мимика и другой взгляд – острый, терпкий. На шее – маленькая родинка, которую он раньше не замечал. И нет крохотного шрамика на ладони. Это не Ангелина Ланская. Не его принцесса, которую он любил и ненавидел, а другая девушка с ее лицом и фигурой.
Матвей понял это, хорошо присмотревшись к гостье. И многие вещи стали ему ясны всего за какое-то короткое мгновение. Эта девушка целовалась на видео с Габриэлем. Эта девушка была даймоном в «Легионе». Эта девушка убила его брата, а потом что-то сделала с ним и привезла в это странное место.
Матвей пытается освободиться, но все попытки тщетны – он крепко привязан к железному стулу. Он должен это сделать, чтобы спастись самому и спасти Ангелину. И сколько бы он ни старался, все его усилия тщетны.
– Зря стараешься, – слышит он вдруг знакомый голос.
Вспыхивает теплый свет, слепящий глаза, и на расписных сводчатых стенах оживают ангелы – их глаза заколочены, а рты – зашиты. Но не это пугает Матвея, а совсем другое. К нему неспешно приближаются Стас и Габриэль с девушкой на руках. Он осторожно несет Ангелину, которая находится без сознания.
– Что ты с ней сделал? – в бешенстве хрипит Матвей, снова и снова пытаясь высвободиться.
Вены на его руках вздуваются, на лбу выступает пот. Не получается.
– Ничего, – спокойно отвечает Габриэль и усаживает беспомощную Ангелину на стул, Стас помогает ему привязать и ее.
– Отпусти ее, ублюдок! Отпусти немедленно! Ты слышишь? Иначе я тебя убью! Клянусь, что убью!
В Матвее просыпается зверь, готовый рвать и терзать врагов. И его голос все больше становится похож на рык.
