Утро понедельника не радовало: зомби-я чувствовала себя последней степени свежести, словно вымершая тварь после бешенства. Но даже в таком состоянии она сумела добраться до ванной и вернуться на чердак, где нашла стул, готовясь к очередному дню упорных усилий.
А потом развел шпиона норрийского на сало и шоколад.
Но… черт. Это что же тогда получается? Неужели…
– Это Эмиль сделал? – выпалила уже вслух.
– Ага, – отозвался Кракозябр довольно.
Я же нахмурилась и задала закономерный вопрос:
– Но зачем?
Монстр растянул губы в новой широченной улыбке, а у меня возникло бешеное желание стукнуть себя по лбу и грязно выругаться.
Блин блинский! Ну конечно! Я же все это время чувствовала, что что-то упускаю! И ведь действительно из головы вылетело, причем напрочь!
Небольшая круглая бляшка, которую я нашла в шкатулке Эмиля в день, когда норриец отдал мне напиток Жизни.
А сейчас получается, что Эмиль…
– Он что же? – выдохнула я. – Он собирается что-то взорвать?
– Угу, – откликнулся кшерианец. И добавил, после паузы: – Академию Стихий.
– Что-о-о?!
Мой вопль слился с новым воплем системы безопасности, но Зяба все равно услышал.
– Да не волнуйся, самого взрыва пока не ожидается. Это система оповещения сработала – Эмиль запустил ее, чтобы все успели эвакуироваться. Сказал, что вернется за нами и только после этого активирует заряды.
– Заряды? – выпалила я. – То есть их много?
– Ну разумеется. Одной ловушки недостаточно, чтобы сровнять с землей такую махину, как этот замок.
Я тихонечко застонала и крепче сжала Кузьму. Вот только задуматься над тем, для чего шпиону имперскому понадобилось взрывать академию, не успела – меня отвлек стук в дверь.
Нет, желания бросить все и помчаться открывать гостю у меня не возникло. Более того – я спустила Кузьму на пол и замерла в напряжении.
После очередного вопля системы безопасности и новой порции алых вспышек стук в дверь повторился, и звучал он куда решительней. Я сделала шаг вперед, а потом догадалась спросить у твира:
– Кузя, кто там?
«Котик» всегда безошибочно определял, кто именно стоит за дверью, и его чутью я верила абсолютно.
– Чужи-ие.
Черт. Это что же? Прогноз Эмиля подтвердился?"
"Еще мгновение, и стало совершенно ясно – да, норриец оказался прав! Обитая металлом дверь в который раз содрогнулась, а замерший подле меня Кузьма тряхнул ушами-локаторами и сказал хмуро:
– Будут лома-ать.
