Утро понедельника не радовало: зомби-я чувствовала себя последней степени свежести, словно вымершая тварь после бешенства. Но даже в таком состоянии она сумела добраться до ванной и вернуться на чердак, где нашла стул, готовясь к очередному дню упорных усилий.
Зато Дорс просек, и взгляд изумрудных глаз тут же потеплел, а уголки плотно сжатых губ заметно дрогнули."
"По столовой вновь покатился шепоток, кто-то хихикнул, кто-то откровенно хохотнул. Я же, глядя на то, что творится вокруг, встала, взяла поднос и направилась к столику короля вражеского факультета. Ну а что? Если косячить, то по полной!
Так как Каст отсутствовал, пресечь мой демарш было некому. В итоге я благополучно достигла цели и уселась напротив Луира и Таузы.
Приближенные главы «синих» в результате диверсии тоже пострадали.
– Привет, – выдохнула я.
– Давно не виделись, – подмигнула Тауза.
Вот только беседы не получилось. Дорса перед отправкой в академию явно накормили, так что подошел он сразу же и без подноса. А плюхнувшись рядом со мной на лавку, попросил «подданных» сменить дислокацию.
Луир и Тауза подчинились беспрекословно, и уже через минуту мы с зеленоглазым блондином остались вдвоем.
Дорс тут же водрузил руку на мою талию и промурлыкал в ушко:
– Детка, как ты смотришь на то, чтобы потрепать нервы рыжему?
Я тихо хихикнула, сказала не без подколки:
– Но ты же не претендуешь.
– Не претендую, – с улыбкой подтвердил водник. И добавил, освобождая талию из захвата: – Но прыщ-то не знает!
Я подавила очередной смешок и принялась переставлять тарелки с подноса на стол – в отличие от Дорса я была ужасно голодна.
– Как ты себя чувствуешь?
Парень ответил не сразу…
– Неплохо. Вот только… – Водник заметно посуровел и перешел на едва различимый шепот: – Вот только я все-таки не понял, что это было. Чем меня долбануло?
– Фиртон заклинание консервации перенастроил, – столь же тихо пояснила я. – Придал ему какую-то боевую форму.
Блондин неприязненно фыркнул и кивнул. И тут же новый вопрос задал:
– А что с прыщом?
– Да ничего.
– Если так, то почему он в лазарете? – Дорс заломил бровь.
Я снова не выдержала, снова хихикнула. Призналась не без удовольствия:
– Глун упек. Из вредности.
Губы водника дрогнули в новой улыбке, в изумрудных глазах вспыхнули лукавые искорки. Мне же мгновенно вспомнился давний разговор – тот самый, когда Дорс пытался убедить меня, что куратор нашего курса, он же декан нашего факультета, изволит меня ревновать.
