— Да, — согласился я низким голосом.
Она покраснела, затем прикусила нижнюю губу. — Что поесть?
Хихикнул во все горло. — Может быть, позже.
Я запустил большие пальцы под ее рубашку и спустил ее с рук. Она упала на пол.
Соски Греты затвердели под шелковистой тканью ночной рубашки, их очертания были манящими. Я наклонился для очередного поцелуя. — Сначала я хочу попробовать тебя на вкус. Ты не против?
Ее «да» было едва ли больше, чем выдох. Схватив ее за талию, я приподнял ее на стойке и протиснулся между ее ног. Я снова слил наши губы и обхватил одной рукой ее шею, а другой легонько погладил руку и плечо Греты. Вскоре мурашки покрыли ее тело, и она обхватила ногами мои бедра, прижимая нас еще ближе. Я провел кончиками пальцев по внешней стороне ее бедра. Ее пальцы на моих плечах сжались, и она прижалась ко мне еще сильнее. Я обхватил ее грудь и отстранился от поцелуя, оставив губы Греты припухшими, а лицо раскрасневшимся, опустил взгляд, чтобы посмотреть на свою руку на груди Греты. Ее сосок стал тверже прижиматься к моей ладони, когда я массировал его сквозь ткань. Я засунул указательный палец под бретельку и потянул его вниз, пока не стал виден сосок, провел по нему большим пальцем, затем смочил подушечку и повторил движение. Губы Греты разошлись, она наблюдала за моей рукой так же, как и я. Я взял ее маленький бутончик между большим и указательным пальцами, затем нежно покрутил его взад-вперед, прежде чем начать вставлять пробки чуть сильнее. Грета застонала и качнула бедрами
навстречу моим. Я продолжал исследовать ее красивые груди еще некоторое время, пока Грета не задыхалась, а мое собственное возбуждение не стало очень неприятным.
Я прочистил горло и прошептал: — Подними бедра. — Она сделала, как я просил, и я спустил ее ночную рубашку. На этот раз на ней были белые стринги, крошечный кусочек кружева, который прижимался к ее киске и был совершенно мокрым. Поглаживая внутреннюю сторону ее бедер, я действительно наслаждался ее видом, очертаниями ее щели, тем, как стринги исчезают между двумя идеально округлыми ягодицами, мягким контуром ее лобковых волос на фоне кружев. Все это возбуждало меня так, как ничто другое.
Я чувствовал себя собственником и голодным. Мне казалось, что я сойду с ума, если не буду претендовать на Грету всеми возможными способами. И еще я чувствовал себя немного не в себе и в отчаянии, потому что это было то, чего я все время хотел, но не мог получить. Черт. Я не привык не получать то, что хочу, и это заставляло меня еще больше желать доказать, что она моя.
— Встань передо мной на колени, — потребовал я.
Она начала опускаться с прилавка, но я остановил ее. В ее глазах мелькнуло замешательство.
— На стойку, попой ко мне.