Автор
Ночью под луной Алекс спешит по дорожке, зная, что каждый шаг может быть последним. В Эванс-Холле август 1817 года. Теплая свежесть ветра и мягкий свет луны создают таинственный фон для загадочного романа о любви, предательстве и мести.
Она даже признавала, что находит его очень красивым. А какая женщина не нашла бы?..
Но стоило ли из-за этого поступиться своей независимостью? Нет, разумеется.
И вообще, что за глупый вопрос? Она ведь не интересует лорда Эванса… именно в этом смысле. Он уехал больше месяца назад. И если бы он испытывал к ней хоть какие-то нежные чувства, то давно бы уже снова приехал, чтобы увидеться. Сделать это очень просто. Мог бы приехать с визитом к герцогу, а затем, оказавшись в деревне, заглянуть в Дом старых дев.
Да-да, герцог!
Взглянув на брата, Джейн сказала:
– Ты забываешь, что герцог Харт – добрый друг лорда Эванса.
Рэндольф пожал плечами и проговорил:
– Что ж, вполне вероятно, что приглашают меня, а тебя включили просто из вежливости. Такая ситуация тебя больше устраивает?
Джейн медлила с ответом. В объяснении брата не было особого смысла. Ведь Рэндольф давно уже никуда не уезжал…
– Так ты что, переписывался с виконтом? – спросила она. Может быть, кто-нибудь еще, кроме нее, в состоянии расшифровать каракули ее брата?
– Нет.
Но Рэндольф никогда раньше не упоминал о своем знакомстве с родственниками лорда Чентона. Да и с какой стати ему вдруг захотелось с ним повидаться?
– Значит, ты собираешься принять приглашение? Ох, Рэндольф, неужели тебе захотелось оказаться в одном доме с новорожденным младенцем? – Это совершенно не походило на ее брата.
Рэндольф на мгновение смутился, затем сказал:
– Ребенок никому не помешает. Думаю, у виконта имеется целая армия нянек, чтобы ухаживать за ним.
– Но у него имеется и армия дочерей. Ты же знаешь, что их там восемь?
Джейн заметила, что ее брат слегка побледнел. И действительно, восемь девочек плюс новорожденный младенец – это не шутка.
– Думаю, поместье Чентона достаточно большое, так что гости не будут там спотыкаться о детишек, – ответил Рэндольф, выпятив подбородок, и это был верный признак того, что он уже принял решение.
"– Мы?.. – переспросила она. При мысли о том, что придется остановиться в чужом доме и общаться с людьми, которых она не знала (вероятно, с лордом Эвансом тоже), ей сделалось не по себе. – Нет, Рэндольф, ты езжай, а я останусь здесь.
Брат нахмурился и пробурчал:
– А как я объясню твое отсутствие?
– Скажи им, что я занята.
