В безумной зоне кошмаров, стена перенивает волю носителя, открывая черную дорогу во Вселенной бесконечных искажений. Мания тари множит силу стены, вызывая критический конфликт парадигм. В поисках решения ставят временную директиву 26853.
— Я была счастлива вас…"
"— Заткнись! Мы даже не знаем точно, что будет потом. Может, обычный выживач с тварями! — бросил я, просто чтобы хоть немного её успокоить. А затем отдал единственный возможный приказ.
Не будем доводить до последней секунды, как в глупых фильмах.
— Белая, твоя способность сможет выиграть нам время?
— Да, — сказала бледная как мел девушка.
— Тогда приступай! — сказал я, а сам потянулся сознанием к далёкому отсюда Тумору и растительному лифту. Нет, я всё ещё понятия не имел, что делать.
Тия поднялась к первой проходчице, крепко обхватив двумя руками и придерживая за затылок третьей. В глазах шаманки мелькнуло сознание, а на губах появилась хитрая улыбка.
— Прими хаос, — шепнула она, страстно целуя растерянную девушку.
Тело Белой вздрогнуло. Девушка попыталась вырваться, но сзади её обхватила Дина. И в этот момент в неё хлынул поток ярко горящих янтарём мотыльков, забираясь под одежду, и затем — под кожу.
Вспышка янтарного света на миг осветила башню. На шее у Тии загорелся янтарём её шрам Далахан, намекая на то, что и эта сила на время перешла к Белой. Свечение стало усиливаться, и перетекать к первой проходчице, впитываясь в тело.
Казалось, тело первой проходчицы разорвёт от напирающей силы. Тия ещё крепче прижала её к себе.
Наконец, Белая потеряла всякую волю к сопротивлению и безвольно держалась лишь благодаря призрачной длани и Дине. А затем, когда поток маны иссяк — просто упала на ржавую поверхность генераторной вышки.
Лицо её было алым от смущения, а дыхание было столь частым, будто она без остановки бежала пол дня.
Но всё же, нашла в себе силы подняться. По всему телу шли янтарные трещины, какие некогда были у самой Тии.
Белая сделала шаг, оставляя за собой светящийся янтарный свет, будто от флуоресцентной краски. Девушка открыла рот, по краю которого скатилась тонкая сияющая струйка.
Но сознание её не покинуло.
Пшш-ш-ш-ш… — вокруг нас искала путь очередная волна помех.
— Там… не… безопасно, — проговорила она. — Это… осколок тарийского ада.
Я хотел было помочь ей — девушка едва держалась на дрожащих ногах, но она выдвинула руку в останавливающем жесте.
— Не приближайся… активирую… — сказала она, а затем запрокинула голову к небу, подняла руки вверх, будто приветствовала солнце.
И солнце ответило нас холодным белым светом, идущим снизу вокруг генератора.
