В безумной зоне кошмаров, стена перенивает волю носителя, открывая черную дорогу во Вселенной бесконечных искажений. Мания тари множит силу стены, вызывая критический конфликт парадигм. В поисках решения ставят временную директиву 26853.
— Возможно проблему с ней стоит искать здесь.
— Позволь мне? — послышался голос Тумора.
— Зачем?
— Не доверяешь? Я ведь смогу убить им и тебя.
— Не сможешь. Сам знаешь.
— Да шучу я. Больно мне. Дереву то есть. Знаешь, как зуд в пятке. Хочется уже поскорее что-то сделать с ними!
— Бей два раза, — напомнил я.
— Помню, — лоза дерева забрала артефакт и в ту же секунду метнула его в ближайший шар с техноцитовой тварью. А затем и второй, контрольный.
Я прямо почувствовал облегчение дерева.
— Покажи копьё, — приказал я, и Тумор поднял на лозе артефакт поближе ко мне.
— Алый свет ионитов, — кивнул я. — И что-то ещё.
Чего-то подобного я и ждал. С этим светом оружие уже было знакомо, потому обнаружив схожую уязвимость, переключилось на него.
— В чём суть света ионитов? — спросил я вслух. — Чем он отличается от любого другого? К примеру, от инфракрасного?
— С инфракрасным они очень похожи. И даже некоторые общие свойства есть, задумалась Сайна. — Думаю, здесь дело именно в свете. Они на любое изменение режима освещения реагировали.
— На свет ионитов сильнее, да и копьё как бы намекает, — покачал я головой.
— Скорее всего, и то и то верно. Работает любой, но этот лучше.
— В бою техноцита с корвитусом они стабильно тупили раз в пару минут, — припомнил я.
— Потому что корвитусы постоянно используют свет, — неожиданно сказала очнувшаяся Тия. И судя по тому, что её речь была нормальной, она для этого пришла сама, запустив таймер в девять минут.
— Разве?
— Они могут общаться друг с другом вспышками и пульсацией свечения, — пояснила шаманка.
— Нам нужен Мерлин, — сказал я.
— Сейчас? — уточнила она.
— Предлагаешь призвать его сразу в бою?
— Это возможно, — кивнула Тия.
— Лучше сейчас. И так слишком долго откладывали.
— Я не знаю, насколько разумным он будет, — вздохнула шаманка и обернулась к стене.
Подняла руки, выставив на манер магической печати, и напротив неё стена окрасилась чернотой. Затем чернота стала подниматься выше, приобретая форму плотного облака, которое начало собираться в фигуру Всадника.
Жутковатый аллюст встал на одно колено пред Тией и склонил голову.
— Мерлин, ты понимаешь меня?
Ничего.
— Кто ты? — спросила Тия. — Помнишь своё имя и личность?
— Я — Голод на службе у Далахан, — прошелестело существо, в котором слабо угадывался голос друга.
Тия подошла к нему и положила левую руку на голову.
— Я чувствую боль твоих снов, — тихо произнесла она. — Видишь существо рядом со мной? Мой приказ — выполнять его приказы, как мои.
