Ангедония продолжала улыбаться счастливой улыбкой на всё лицо. Один из страшнейших создателей цепей за последние сколько-то циклов. Она не помнила и не вела счёт дням. Зачем, если все они одинаковы.
— Я буду счастлива принять наказание, — улыбнулась она.
Имя наместника, не сумевшего остановить создавшее композит чудовище она тоже забыла. А что с ним случилось — помнила. Его отдали тому, что обитает за двадцать первым этажом. По своей воле Ангедония никогда бы не ступила в земли аномалий на корм обитавшей в её сердце Мёртвой Мечте.
— Ты помнишь. Это хорошее напоминание о том, почему нарушение Кодекса ведёт к смерти. Создатель цепи должен быть сурово наказан, иначе таких мест в Стене станет больше.
— Всё бессмысленно. — отозвалась Ангедония. — Ничто не имеет значения. Я приму наказание с радостью, если так пожелает мой король!
Как и десятки тысяч дней до этого, Король оставался таким же мудрым и полным сил. Он не оставлял без внимания ничего во владениях за дорогой и знал то, чего не знала она.
Ей было слишком скучно интересоваться.
Но её кумир и король никогда не знал слова «скука».
— Дитя Стены Хостер с санкционированной плановой чисткой не смог остановить нарушителя. Так вышло, что ты лучше любого в Королевстве знаешь искусство причинения боли. Это судьба, что ты правишь здесь. Но ты слишком слаба, поэтому ты получишь дар.
— Да, Ваше Величество! — с горящими глазами ответила Ангедония.
Ангедония, наместник великого Короля Механизма в двадцать втором секторе, опустилась на одно колено.
— Я дарую тебе частицу проклятого композита. Его встройка болезненна. Приказываю принять её! — пророкотал Голос. А затем чуть слышно, едва различимым шёпотом добавил. — Прости, Аси. Ты так слаба, любимая дочь моей воли. Но мы не можем рисковать с создателем цепи. Ни один из них не должен пересечь Королевство. Мы не хотим породить ещё один новый фильтр или архибедствие. Достаточно и того, что обитает под нами.
— Да, мой король. Вы очень мудры! Я приму боль с радостью и начну игру. А если это развеет Скуку, я возведу новый алтарь в вашу честь!
— Ступай, дочь воли моей. Сделай то, что должно, и будь что будет. Пусть моя любовь бережёт тебя.
Ангедония вновь распалась потоками чёрно-лилового ветра, но направилась она не наверх, а юркнула в разломанную старую трубу, которую некогда строили как систему оповещений первые проходчики.
Вскоре она уже стояла перед спящим городом, вдыхая аромат палёного пластика.
Треск. Треск от тысячи мёртвых пальцев.
Шелест. Трудились тысячи машин, обслуживая Частицу Механизма.
Наместница собралась вновь в зале из множества зеркал.
Перед ней отразилась невысокая девушка с короткими чёрными волосами, зачёсаными назад и открывавшими лоб. На вид ей было не больше восемнадцати.